Владимир Козлов
Учительница
Первый день после зимних каникул - самый гнусный. Опять сидеть за партой, опять писать - бр-р-р-р. Тем более, что еле поднялся в семь утра, а на улице темно, и мороз, и школа мудацкая уже светится через дорогу: уборщицы моют классы.
Русский язык, геометрия, потом - физкультура, но тоже лажа: вместо баскетбола заставляют прыгать через коня.
Потом французский. У нас практикантка. Из иняза. На четыре месяца. Не знаю, хорошо это или плохо. Вдруг будет гонять нас? С Инессой все просто: она знает, что у нас в классе французский всем до лампочки, что мы только делаем вид, что учим его. А она делает вид, что все нормально, и ниже четверки никому не ставит.
Сколько ей лет, интересно? Наверное, двадцать один, раз сказала, что на последнем курсе. Не супер, конечно, но, в общем, ничего: не толстая и не уродина.
Наши бабы ее сразу начали забалтывать:
- А вы в Париже были? Да? Расскажите, а?
- Ну, что вам рассказать о Париже? Очень красивый город, очень красивый.
- А на Пляс Пигаль вы ходили?
- Нет, а зачем мне это?
Так я им и рассказала про Пляс Пигаль, недоделкам этим. Хотя, вообще-то, мы и не ходили специально, просто случайно забрели туда. Но проституток я не видела или не заметила. Одни только peep-show и автобусы туристов. А может, это и не Пигаль была? Не знаю. Мы зашли в лавку, купили бутылку дешевого вина. Продавец - тайландец или, может быть, китаец, я в них не разбираюсь. Потом пили из горла прямо на улице и боялись: а вдруг нельзя, вдруг запрещено на улице? Ладно, наплевать: пили, быстро пьянели, потому что без ужина, а перед этим бессонная ночь в автобусе, и в первый раз в Париже, и я и он, и откололись от группы...
Зашли в какой-то скверик. Уже стемнело. В углу кто-то шевелится бомжи, что ли? Наплевать! Ты что, с ума сошел? А если полицейский? Да какая тут полиция, мы уже далеко от центра. Вино еще на губах, и у него тоже. Ладно, давай. Все-таки, Париж...
Потом шли по пустым улицам, искали центр, Елисейские поля, чтобы там сесть на метро - и в гостиницу. А тут облом: метро закрыто, пришлось пешком.
Сейчас он снова во Франции, а я здесь, в этой дурной школе на окраине одной из худших в городе, - с этими недоумками: мрак, короче. Французского они вообще не знают, как будто у них вообще его не преподают. Некоторые даже не знают, как сказать "да" и "нет". Училка их, Инесса - старая калоша. Может, сама что и помнит из французского, но уроки ей до фени. Скорее бы все это кончилось - практика, институт...
- А она ничего, правда ничего.
- Ты так говоришь, типа выебать ее собрался.
- А хули?
- Не пизди!
- Не, я не про то говорю, а вообще: она ничего, не выебывалась, не стала типа хуе-мое, я там типа в Париж, а вы тут мудаки...
- А хули Париж? Сейчас много кто и в Париж и в Лондон ездит, даже от школы посылают. Это у нас школа такая - Ильич все бабки, что дают, себе забирает.
- Да я не про то, Париж - это все ерунда, а она правда по-простому, без выебонов - и одета - ты сам видел - по фирме, из Парижа, бля.
- Она тебя как заставит зубрить, тогда увидишь, по фирме или не по фирме.
На самом деле все не так уж плохо. Да, добираться далеко, но только четыре дня в неделю, в остальные - уроков нет. И никто меня не контролирует, потому что в школе бардак. Инесса только рада, что ей работать меньше: на моих уроках не сидит, а бегает по ближайшим продуктовым магазинам, ищет, где что подешевле. А я стараться не собираюсь: если до меня их не научили, то я - что, за три месяца научу? Зачем мне это надо?
Странно, я по нему совсем не скучаю. Раньше думала - как это я буду одна, когда он уедет? А оказалось, что, вроде как, все нормально. Да, он звонит раз в две недели, но по телефону это одно...
К хуям, к хуям, к хуям, пошла ты на хуй: не хочешь на стрелку со мной и не надо. Занята, говоришь, уроков много? Ну и сиди, учи свои уроки.
И трубкой таксофона по железному ржавому корпусу. Трубка разбивается, куски пластмассы отлетают, высовываются проводки... К хуям, к хуям, к хуям...
- Что ты делаешь, сука, еб твою мать?
Откуда здесь мент? Бежать, бежать, бежать. Скорее. Мент сзади, догоняет, орет:
- Стой, засранец.
А это уже будет пиздец: ментовка, дубинками по почкам, штраф и бумага в школу. Последняя надежда - газовый баллончик. Достаю, отвожу назад и, как из пистолета в фильмах, когда отстреливаются на бегу. Мент хватается за глаза.
- Тебе не жить, сука, если поймаю.
Не поймаешь, не поймаешь! До свидания, спокойной ночи!
А дома - сразу в туалет и дрочить. Только на нее, никаких больше порно-картинок и одноклассниц, только на нее.
