Что уж там с мальчишкой. Да, вышла осечка, сама виновата, но там хоть ничего из-под контроля не вышло, а вышло совсем с другой стороны.
Она зашла за небольшой ресторанчик или кафе и замерла, сосредотачиваясь на поиске.
Беда пришла оттуда, откуда не ждали. Более того, она до сих пор даже и не знает, откуда всё-таки пришла эта беда. Вернее — от кого.
Кажется, она знает, что это за сосед, но с кем он?
Необходимо было вернуть всё на круги своя, пока не было рассказано лишнее. Всё-таки он ускользнул из её последних сетей совсем недавно, наверняка ещё не сумел адаптироваться, да и хилым и слабым он всегда был. Ожидать от него каких-либо срочных, незамедлительных действий, которые могут ей помешать, просто глупо.
И почему её никто не хочет понять? Вернее, кое-кто не захотел понять, и пришлось пойти по пути наименьшего сопротивления.
Она давно не бродила просто так по улицам среди людей и очень давно не наслаждалась тем, как на неё реагируют все вокруг. Может быть, зря она пыталась перестраховаться? Всё равно мир на грани уничтожения из-за безалаберности людей. Но ведь существует она, и в её силах всё исправить?
Правда, был кое-кто ещё, кто её сильно беспокоил… И чьё местонахождение для неё было скрыто.
И ещё один тип, которого она не видела уже так давно, что предпочла предположить, что его убили. Кажется, так и произошло.
Но реальную опасность мог представлять собой только выпутавшийся.
Небольшая двухэтажная, жалко выглядящая гостиница была тем местом, на котором она и остановила свой нелёгкий выбор. Зайдя внутрь, она тут же улыбнулась и попросила провести её дальше, пока не оказалась перед внушительного размера женщиной, которая работала, кажется, здесь поварихой.
— Добрый день.
Её мелодичный голос как обычно просто звенел колокольчиками, такими приятными слуху, что слушать можно было вечно.
— Добрый… Мисс, не знаю вашего имени, что-то произошло? — тут же засуетилась женщина, выдвигая табурет и предлагая присесть и вытирая руки о свой фартук.
— Ничего особенного, просто... я ищу одного знакомого, который мог оказаться в беде. Поэтому и зашла сюда.
— Вообще-то тут довольно опасно в этом районе…
— Ничего страшного, — она опять улыбнулась, — просто подскажите мне, были ли здесь в последнее время какие-нибудь странные, выделяющиеся среди прочих постояльцы. Ну, или просто кто-то заходил перекусить.
— Странных много всегда бывает. Я могу их всех перечислить вам, девушка.
— Нет. Не надо. Я тут подумала и… вы знаете, кто такие экзорцисты?
Женщина в ответ неуверенно кивнула.
— В общих чертах.
— Были у вас здесь экзорцисты, может, просто проездом, может быть, останавливались?
— Один был. Сынуля мой притащил бессознательного.
— Только один? — требовательно уточнила она. Ошибиться было нельзя.
— Один. А что, он и есть тот, кого ищите что ли? Так он уже давно ушёл. Ну, как давно, дни прошли, а сколько я и не считала, не моё это дело считать, я вот тут на кухне всё больше время провожу. Варю да жарю. Может, и вам чего перекусить? Не первого качества и наверняка вас не достойно, конечно…
— Обед мне бы не помешал. Но дело в другом. Опишите мне этого экзорциста как можно подробнее, а уж потом, через него я найду то, что ищу. Можете быть в этом уверены.
====== Глава 10. (35) То, что в памяти. ======
Дверь оказалась приоткрыта, и Роад, стараясь скрыть внутреннюю нервозность, прислушалась. Теперь в комнате, перед которой она остановилась, было очень тихо. Прекратилось даже едва слышное поскрипывание пола, которое она уловила, подойдя сюда минут двадцать назад.
Либо он впал в апатию, либо, как это часто бывало, завалился спать, не смотря на устроенный бардак. Часто он покидал комнату и уходил надолго погулять после очередного «приступа», но так было раньше.
Мечта не была слепой и отлично видела, что в настоящем у Неа исчезло всё то, что поддерживало его в прошлом.
Ей очень хотелось помочь своему новому братику… или всё-таки племяннику, но она не знала как. К тому же Тринадцатый в последнее время всё чаще отдёргивался Тысячелетним Графом, и Роад отлично видела, что ему это не нравится. Может быть, это всё-таки был родительский инстинкт, но Тринадцатый, не смотря на проявившийся и во втором поколении дефект, сейчас пытался активно сотрудничать с Семьёй и вести себя как и подобает приличному Ною. Похоже, ради возможности не просто со стороны наблюдать, да и вообще хотя бы видеть сыновей, он мог сделать очень многое.
Правда, с тех пор, как мальчикам исполнилось семь, Граф решил, что оставлять Тринадцатого наедине с сыновьями всё же не стоит.. И тому приходилось буквально отвоёвывать себе это право.
Каким бы неправильным в этом поколении не стал Тринадцатый, он был родителем. И этот факт в глазах большинства членов Семьи затмевал все остальные его прегрешения. А потому некоторые применяемые Графом меры принимались с лёгким оттенком недоумения.
Ещё больше стали недоумевать дети, когда подросли.
