Это он уже понял, и, судя по сердитому виду Алфу, тот тоже понял и желал услышать хоть немного конкретики. Но кривая усмешка и слегка изменившееся выражение лица выглядели почти пугающе. Перебивать молчание гостя было страшно.
Наверное, он был не единственным, кто не желал бы слышать о том, что ещё натворила Нрид.
— Они ничего не помнят.
— Что? — не понял Шаргни.
— Не помнят. Будто бы только родились, остались только некоторые инстинкты, я единственный, кто смог сохранить почти всё, но, боюсь, тоже не надолго. Моя память была куда более короткой.
— Разве память может быть короткой? — Сварливо поинтересовался Алфу.
Гость вновь его проигнорировал, переведя взгляд на Шаргни.
— Убейте её. Убейте её, или, клянусь, я сделаю это сам. Мы сделаем это. Однажды. Когда-нибудь.
— Что она сделала?
— Пыталась убить нас. Именно тогда, когда мы были так слабы и беззащитны.. Ничего не пошло так, как должно было: наша память была уничтожена, наш опыт и наш путь были смяты и выброшены в бездну, — голос гостя приобрёл нотки жестокости и непоколебимости. — Вот что сделала Нрид. Рады?
— Вы.. как вы.. — Он проглотил вопрос, понимая, что спрашивать, как смог выжить Клан, оскорбительно. Тем более именно он был соседом той, что натворила таких дел, которые они вряд ли когда-нибудь поймут.
Чего она хотела? К чему стремилась?
Разве они не были счастливы?
Неужели и правда она руководствовалась лишь страхом?
— Насколько всё плохо? — спросил он, едва сдерживая дрожь в голосе.
— Удивительно, что мы выжили. Адам каким-то немыслимым образом умудрился поднять нас на ноги. Конечно, у нас куча проблем, и, скорее всего, у него тоже будут, мы почти ничего не знаем о результате принятия.. Да никто кроме меня даже не помнит, что оно вообще было и что это такое. На некоторое время мы скроемся ото всех, попробуем вернуться к обычной жизни.
Шаргни понимающе кивнул. Алфу в стороне молчал. Всё и так было понятно.
— Мне надо уходить, успеть добраться. — наконец-то произнёс Гость, поднимаясь, — я так понимаю, она и на вас нападает. Она что, сошла с ума? Как можно было этого не заметить?
Шаргни не нашёл в себе сил поднять голову и встретится с этим наверняка обвиняющим взглядом.
Было уже совсем темно и холодно. Ливень плотной завесой застилал окружающий мир, смывая всё, будто вестник грядущего солнца. Вестник нового рассвета. Вот только в их случае к ним шла ночь.
Гость ушёл, так и не сказав больше ни слова. Отчитался о том, что ему известно, и ушёл. Но Шаргни яснее ясного понял, что тот, похоже, больше и не надеется встретиться с ними. Потому что Нрид задумала что-то действительно ужасное. В своём непревзойденном стиле совершенства.
Канде хотелось ругаться матом. Грязным, многоэтажным, продолжительным матом. Эту привычку не смог отбить у него даже мягкосердечный Генерал Тиедол, который своими нотациями был способен воздействовать ещё сильнее, нежели другие поркой. Канда ругался редко, но зато довольно ёмко.
А сейчас он не делал этого, лишь понимая, что слушателей у него нет и не будет. На кого ругаться, если ты один в комнате в заброшенном поселении?
Зачем тратить силы и выступать, если зрителей всё равно не наберётся?
Только поэтому он, упрямо сжав губы, просто поднялся с жестковатой койки.
Глупые, бессмысленные сны, похожие на галлюцинации, продолжались, и, видимо, с этим поделать ничего было нельзя.
— «Почему это бессмысленные?»
Вопрос, прозвучавший в его голове, заставил Канду едва ли не подпрыгнуть на месте и тут же схватится за Муген. Но он уже понял, что вопрос в голове.. Значит, противник там же?
— «Не противник».
Голос его подозрительно напоминал голос героя из сна. Шаргни, кажется, того, от лица которого и проносились перед спящими глазами мечника странные обрывки видений.
— А кто ты тогда? — задавая этот вопрос вслух, Канда как никогда ощущал себя психопатом.
— «Ты называешь меня Мугеном».
— И ты можешь со мной общаться… Это ты посылал мне те сны, так? Это был ты?
— «Ну да. И общаться я могу с тобой с тех самых пор, просто до этого опасался, что ты не поймёшь, не поверишь или ещё что…»
Канда таки не выдержал и от души поминул все части его странного меча нехорошими словами и только через некоторое время почти спокойно поинтересовался:
— И что скажешь теперь?... Эй? Ты что, снова решил начать играть в молчанку? Муген!
Юу снова ощущал себя шизофреником, а проклятая чистая сила молчала как воды набравшая. Хотя в случае именно с этим мечом он вряд ли мог бы провернуть подобный трюк. Что он там говорил, что опасался его реакции?
Нервно расхаживающий по комнате Юу замер и тяжело вздохнул.
Похоже, он спугнул своего собеседника. Да что за идиотским существом оказался Муген, как только открыл свой характер?
====== Глава 1 -41. Первые трещины. ======
Глава 1(41)
