Вообще обе девушки были довольно красивы. Да, лицо у Марианны было не слишком уточнённым и немного простоватым, а Бетти выглядела иногда слишком уж наивной, но это было не так уж заметно.
Впрочем, в последнее время Лави стал ловить себя на том, что лично ему всё больше нравятся жгучие брюнетки с тёмными глазами, не слишком выдающимися формами, и чтобы с характером были…
Стоп. А с чего это у него вдруг появились такие странные предпочтения? Уж не на Линали он нацелился? Если так, то нужно срочно выкидывать эту ерунду из головы. Нет, он сразу заметил по прибытии в Орден, что Линали девушка симпатичная, но образ в его голове, и смутный образ из некоторых последних снов говорили сами за себя. Ну, в самом деле, больше подходящих под подобную комплекцию и характеристику девушек в Ордене, да и просто знакомых у него нет!
Или он чего-то недопонимает? В голову закрались нехорошие мысли о том, что есть что-то ещё, но…
Только бы Комуи не прознал.
— Господин экзорцист?
— Можете называть меня просто Лави, — откликнулся книжник, — что-то случилось?
— Я хотела предупредить, что мне надо приниматься за ужин, я ведь не ожидала прихода гостей и почти ничего не приготовила.
— Ничего страшного, я ем немного, — отозвался Лави. — я же не Аллен, в конце концов.
— А кто такой Аллен, и как он ест? — заинтересовалась Бетти, в это время как раз принявшаяся искать что-то в шкафу с посудой.
— Он ест очень много. Очень-очень. Но у него некоторые обстоятельства. Он входит в контакт с одной энергией, которая постоянно вытягивает из него много сил.
— С одной? — переспросила Бетти, вытаскивая на стол большую кружку и начиная откручивать крышку с большого белого бидона, — наверное, ему довольно весело так много есть.
— Не сказал бы, что ему весело, но столько есть и не толстеть, это да, наверное, неплохо, но только не для нас, экзорцистов, которые и без того постоянно поддерживают себя в форме.
— Я ведь говорю, что весело.
Нет, наверное, девочка всё-таки немного не в себе, уж слишком странно реагирует, постоянно улыбается. Хотя это совсем не раздражает.
— Странная у тебя логика. Тебе здесь не скучно?
—Нет, я помогаю тёте и остальным, а ещё играю. Много играю.
Действительно совсем ребёнок.
— И во что же ты любишь играть больше всего?
Девушка прикусила ноготь и задумчиво отвела взгляд, а затем, послав Лави мечтательную и лукавую улыбку ответила:
— Прятки. Больше всего я люблю прятки.
— О да, это она умеет лучше всех! — рассмеялась Мариана.
— Конечно! Это ведь так весело, и я лучше кого-либо умею прятаться! Это ведь элементарно и никто никогда не может меня найти — снизив голос до заговорщицкого шепота, протянула Бетти, её зелёные глаза почти икрились от восторга. — Хочешь, и с тобой сыграю.
— Боюсь, я несколько занят.
— Жаль. Я могла бы показать пару хороших мест на кладбище.
Мариана подавилась.
— Тебе и там не страшно? И ты что, считаешь, что смерть вообще не так уж плоха?
— А чего в ней плохого? Хотя, — девочка перевела взгляд куда-то в потолок, — есть кое-что! Когда у меня пёс мой умер, мне было грустно. А люди.. Люди это ладно.
С ней точно что-то было не то. Лави даже попытался послать незаметно вопросительный взгляд Марианне, но та, похоже, была слишком занята протиркой сковородок.
— А если твои родные умрут, тоже не будешь грустить, родители твои, к примеру?
— Они умерли, когда мне было… Я была маленькой. И мне совсем не грустно! — с громким щелчком Бетти захлопнула крышку бидона, протягивая Лави заполненную сочной ягодой кружку, — У меня же есть тётя Олли, чего же тут грустного? Вот, попробуй, она классная!
Лави с благодарностью принял лакомство, всё ещё не отойдя от реплики девушки.
— Марианна, я же хотел узнать у вас побольше о хозяевах ваших бывших. И о том, были ли у них какие-нибудь особые браслеты?
— Вообще-то браслеты были, да. Вроде брачных, пара одинаковых. Хотя внешне и вообще ничем не примечательные они были. Просто бронза и пара камней. На одном чёрный, на другом посветлей. Их, кажется, даже похоронили в этих браслетах.Все знали, что супруги их очень любили и почти никогда не снимали.
— Да? А какие Бертейны по-вашему вообще были?
— Знаете, вы выбрали удачное время для этого вопроса, когда нет этой вредной Оливии, — оживилась Марианна, словно эта тема была ей очень интересна, — так, Бетти, сходи, поищи Майкла и поиграйте с ним. Только не на кладбище, а то нашли себе моду!
Бетти согласно кивнула и тут же вылетела наружу, а Марианна обернулась к книжнику. — Вообще-то о покойниках плохо не говорят, но…
— Тут особый случай, — заметил Лави.
— Наверное, вы правы, — криво усмехнулась девушка в ответ, — видите ли, Оливия, она…она, вроде бы, считает, что домашние дела и проблемы всегда должны оставаться внутри семьи и дома, чтобы никто не узнал.
— А у Бертейнов были какие-то не общеизвестные проблемы?
