— Меня небольшая скорость только радует, — отвечает Кроуфорд. — Рядом с гигантами лучше ходить на цыпочках, а океан — величайший гигант из всех, что я видел.
Я вспоминаю первый раз, когда я с ним встретилась. Миссис Слоан сказала пару слов в защиту его страха перед океаном. Поэтому он помог нам? Но если причина в этом, то он, должно быть, знает, что я и есть миссис Слоан.
Едва мы минуем обитые сукном двери, я снова натыкаюсь взглядом на каюту Эйприл. Пока Джейми и Кроуфорд идут к лифтам, я сворачиваю к ее двери и стучу. К моему удивлению, дверь тут же открывается. Мать Эйприл в своем норковом палантине недоуменно смотрит на меня.
— О, это ты.
— Э, да, — подтверждаю я. — Добрый вечер, миссис Харт. Не хотела вас побеспокоить.
Джейми спешит ко мне.
— Что ты творишь? — шипит он.
Из-за спины матери показывается лицо Эйприл.
— Валора! И Джейми, я полагаю?
— Эм, как поживаете? — осторожно произносит Джейми.
Эйприл хватает меня за руку. В отличие от матери она выглядит так, словно собиралась отойти ко сну. На ней вышитый халат глубокого шоколадного цвета и такая же шелковая пижама под ним.
— Валора, я везде тебя ищу. У тебя есть минутка?
— Ну, вообще-то есть, но мы не должны находиться на этом этаже.
Я оглядываюсь на Кроуфорда, замершего за нашими спинами.
— Святые небеса. Стюард, офицер, да кем бы вы ни были, я беру на себя личную ответственность за любые беспорядки, которые может устроить мисс Лак.
Кроуфорд почтительно склоняет голову. Если раньше он лишь гадал, могу ли я устроить беспорядки, то теперь знает точно.
Джейми хмуро смотрит на меня.
— Не задерживайся.
Потом они с Кроуфордом продолжают путь к лифтам.
Миссис Харт, пристально разглядывающая меня, заявляет:
— Пойду посмотрю, может, где-нибудь играет успокаивающая музыка. От этого рывка у меня желудок узлом завязался. — Она плотнее запахивает палантин и отбывает.
Эйприл затаскивает меня в каюту и захлопывает дверь.
— Ну, есть хорошие новости?
— И плохие. Тебе какие первыми?
— Хорошие, само собой. С ними плохие проще переварить.
— Мистер Стюарт берет меня в цирк.
— Ура! — Она пожимает мне руку и направляется к столику с графином золотистой жидкости. — Нам требуется шерри. Надеюсь, ты получила шампанское, что я отправила вниз?
— Так это была ты? Спасибо.
— Пожалуйста. А теперь, что там с плохими новостями? Она наполняет два бокала.
— Этим утром в корабельном листке упомянули почившую миссис Эмберли Слоан. Я спряталась на палубе Е. Но твои платья по-прежнему в каюте миссис Слоан.
— О, не волнуйся об этом. Но мне жаль, что миссис Слоан пришлось исчезнуть.
Она протягивает мне бокал и поднимает свой, чтобы чокнуться. Мы делаем по глотку. Вкус отдает бензином.
В каюте Эйприл обстановка такая же, как и у миссис Слоан, только на всех поверхностях лежат кучи одежды. Ее фирменные мужские костюмы будто бы парят над кроватями, а на спинках стульев расположились вышитые пелерины. Яркие шарфы висят на прикроватных столбиках, как флаги. Эйприл скидывает платье с кресла, освобождая для меня место.
— Мне нравится проветривать свою одежду. Так она служит дольше. Может быть, нам спрятать тебя здесь?
— Спасибо, но чем дальше я от места преступления, тем лучше.
— Хм-м-м. — Она чуть кривит рот с одной стороны. — Значит, твой брат не едет с тобой?
Я качаю головой и делаю еще один глоток, который кажется прекрасной альтернативой разговору по душам.
— Чем скорее позволишь людям быть теми, кем они хотят быть, тем лучше для всех. — Она заправляет прядь темных волос за ухо. — Когда я сказала матери, что мужчины меня не привлекают, она злилась целый год. Каждый раз, когда мы встречали ребенка, она смотрела на меня с осуждением.
Эйприл поднимает бровь, глядя на меня, и я захлопываю приоткрывшийся было рот. Что ж, это определенно объясняет ее замечание о том, что Джейми «не ее тип».
Не обратив внимания на мою невоспитанность, она продолжает:
— Но однажды, совершенно неожиданно, она заявила: «Полагаю, ничего тут не поделаешь». И с тех пор у нас чудесные отношения.
Я киваю.
— Просто мне казалось, что я знаю его. — Я разглядываю потрясающее платье, раскинутое на кровати, которое кажется солнечно-желтым, когда смотришь с одной стороны, и небесно-синим — когда с другой. Оно намного интереснее «Бархатцевой фантазии». — Зачем ты послала мне тот наряд от «Люсиль»?
— Мне не удалось предупредить тебя. Я пыталась сбить Люси со следа тем, что ты наденешь ее платье. Она решила, что «Дом Июля» нанял тебя, чтобы обставить ее. Что так и есть, но я не хотела, чтобы она обвинила тебя в том, что ты самозванка.
Раздается стук в дверь.
— Кто это может быть в такой час? — Эйприл легко скользит к двери, по-прежнему сжимая в руке бокал. — Да? Кто это?
— Это ваш стюард, мадам. Пожалуйста, не беспокойтесь, но мы, похоже, налетели на какое-то препятствие, и сейчас всех пассажиров просят пройти на лодочную палубу.
Бросив на меня недоверчивый взгляд, Эйприл распахивает дверь.
— Вы, должно быть, шутите. Сейчас середина ночи.
— Да, мадам, и я прошу прощения за доставленные неудобства. Уверен, все скоро образуется. Но, пожалуйста, наденьте ваши спасательные жилеты.
