Последняя, тупиковая сота представляла собой шесть сот объединённых воедино, чьи своды поддерживали массивные колонн. К тому же это помещение имело гораздо большую высоту, чем все предыдущие. Здесь посреди кучи хлама и остатков жизнедеятельности множества монстров побывавших тут, возвышалось древнее устройство перемещения внушительных размеров. Команда света несколько минут молчаливо разглядывала впечатляющее творение из глубокой древности. То, что они видели, являлось более совершенным устройством, чем те, что они встречали в Сердечном лесу Междумирья. Даже современные, вновь изобретённые устройства перемещения отставали по своим параметрам от этого.
Но ещё больше поразил людей тот факт, что устройство — работало. Оно издавало гудящие звуки, и время от времени выпускало клубы зеленовато серого тумана. Каждый понимал, именно это необычное марево и помогает переместиться любому существу из одной точки мирозданья в другую.
— Глазам своим не верю! — первым пришел в себя Максим Данилович. — Это что получается? Вся эта нечисть приползала на нижний уровень из-за этого устройства?
— Именно так, — ответил ему незнакомый голос, и вся команда обернулась на него. — Что смотрите. Я человеческий облик вернул. Теперь могу нормально с вами общаться и не просить Лава о помощи с переводом, — ответил Хан, но люди всё ещё пялились на него. Ещё бы, видеть змея в человеческом облике было весьма непривычно. К тому же и выглядел он на зависть ребятам, весьма сильным и крепким молодым мужчиной.
— Прости. Прости. Твои чрезвычайно быстрые изменения внешности, просто поражают, — признался Макс, стараясь сгладить неловкую ситуацию.
— Нет в них ничего поразительного. Я таким был уже, в то время как в печать попал. Потому как только восстановил силы, так и внешность восстановилась, — спокойно ответил Хан.
— Понятно. Так что ты там насчёт этого говорил? — указав рукой на устройство, спросил наставник.
— Говорил, что виной всему он. Кто-то забыл прибор отключить, и в итоге зверьё разное сюда попадало, — решил поделиться своими предположениями змей. — Скорее всего, на той стороне — дикий мир.
— С чего ты взял? — спросил Лав.
— Сам посуди. Мы столько дней уже тут. За это время какой только нечисти и монстров на нас не нападало, но среди них не было ни одного разумного существа. Нечисть с высоким уровнем духа была, но не было ни кого даже близкого к уровню духа позволяющему развивать интеллект, — начал пояснять Хан, подкрепляя свои слова неспешной жестикуляцией. — И раз этот прибор работает весьма долго, возможно ещё со времён падения Тартара, то почему через него не прошел ни один разумный гуманоид. Вывод один, нет разумной жизни в мире по ту сторону прибора.
— Возможно ты прав, — согласился Лав. — Но может быть и так, что жители на той стороне просто не желают сюда заходить. Знают, что тут ничего нет кроме руин.
— Тогда почему не отключили устройство со своей стороны? Почему оставили его включенным? — возразил змей. — Неужели не боялись, что с другой стороны, подземную часть города, провалившегося под воду, может затопить в любой момент? Неужели не боялись, что морская вода может с другой планеты может хлынуть в их мир через это устройство? И хлынуть со всем, что в ней живёт. А это прямая угроза.
— Если посмотреть с этой стороны, возможно ты и прав, Хан, — нехотя согласился Лав. — Но пока мы не пойдём на ту сторону и собственными глазами всё не увидим, правдивого ответа не узнаем.
— Разбейте! Разбейте его! — с диким воплем, влетел в последнюю соту воевода, шокировав всех своим злобным видом. — Уничтожьте немедленно!
— Глупости, — спокойно возразил ему Лав. — Нельзя столь ценный артефакт уничтожать!
— Нельзя? Хочешь, чтобы через него сюда опять мурайи пожаловали? Именно из-за такого прибора Тартар разрушили! Именно из-за того, что в прошлый раз меня не послушали и оставили это дрянное устройство, на нашу землю напали? Я больше не допущу этого!
Воевода разошелся не на шутку. Почернел, разбушевался, пытаясь всеми силами разрушить прибор. Начал бездумно, использовать все свои атакующие навыки и Генке пришлось вмешаться. Ведь кроме него, никто мог справиться с нежитью.
— Ах, ты, — воевода разразился самой отборной бранью в адрес Геннадия. — Предатель мелкий! Я разорву тебя в клочья!
— Не разорвёшь, — запыхавшись, ответил парень, прикладывая всё больше и больше сил для укрепления сил сдерживания кровного договора между ними. — А если разорвёшь, то подохнешь вместе со мной. Потеряешь шанс на спасение своей бессмертной души. Успокойся уже. Никто не пройдёт через это устройство, если мы просто выключим его с нашей стороны.
— И как же ты его выключишь? А? Сопляк? — язвительно спросил воевода, всё ещё отказываясь успокаиваться. — Неужели знаешь, где заветная кнопочка на доисторической поделке расположена?
— Он может, не знает, а вот я знаю, — важно заявил призрак кузнеца. — Я столько подобных приборов на своём веку повидал, что даже сейчас смогу с закрытыми глазами разобрать и собрать его.
