— Твердь, — тут же обрушил заклинание Генка на голову мурайя, чтобы лишить его шанса уйти из смертельной ловушки.
— Олесь, прощупай его на предмет здоровья. Посмотри, своим исцеляющим эфиром состояние его внутренностей, — попросил Мирон. — Он ведёт себя странно.
— Есть, — ответил Олесь и быстро выполнил просьбу. — Ты прав, через минуту ответил парень. — Он сбросил хитиновый покров и скукожился внутри него словно в скорлупе орех. Все внешние атаки ему теперь нипочем, пока хитин цел.
— Да блин. — выругался Мирон, — пока кислота разъест его защиту, он покроется новым панцирем.
— Нужно пробить в ней брешь, — тут же догадался Генка. Давайте все дружно, лупим всем чем попало в одну точку. Мне нужна небольшая сквозная трещина. Тогда анчутки смогут проникнуть внутрь и сделать своё дело.
— Отличная идея. Если получится, то он будет загнан в собственную ловушку, — согласился Мирон. — Но прежде Генка, поумерь его пыл своим пожирающим пламенем. Пусть твой огонь сжирает его эфир.
Открытого пламени, вызванного многочисленными взрывами было в округе предостаточно, потому Генке не составило труда окружить противника пламенем поглощения эфира и присоединиться к общей атаке. Первым делом он украсил хитиновую защиту прилипчивым оранжевым огнём, который принялся прожигать защиту в заданных точках.
Ребята обрушили на мурайского сотника град из ледяных клинков, стрел ветра, могучих молний, земляных копий и пламенных шаров. Били точно в одну точку и прочная защита не выдержала, дала трещину. В тот же миг из сосуда на боку Генки вырвались с дикими воплями анчутки и ринулись всем скопом на противника. генка только и успел, попросить Алексея, убрать бескислородное пространство, чтобы его питомцам было чем дышать.
Но стоило нескольким анчутком проникнуть через трещину внутрь хитинового панциря, как огромных дух мурайского сотника показал себя и накрыл собой своего носителя, разбросав во все стороны всех, кто был рядом, возведя вокруг него непреодолимую стену духа.
— Ничего себе! — удивлённо воскликнул Макс, видя перед собой гигантского духовного насекомого, спрятавшего под своим брюхом обездвиженного мурайского сотника. — Как такую махину одолеть.
И правда, внезапное появление духа, ошарашило ребят на мгновенье, но они быстро взяли себя в руки.
— Можно подумать у нас духов нет, — буркнул Никита и его дух дракона земли явился во всей красе. — Подумаешь, жук высокоуровневый, сгрызём потихоньку.
Не прошло и минуты, как четыре дракона принялись рвать жука, превосходящего их по уровню развития. Генка тоже не отставал от друзей, призвал свой дух и украсил духовного мурайского жука голубыми языками духовного пламени. А вокруг носились анчутки, скопом набрасывавшиеся на каждого мурайя, пытавшего приблизиться к седьмой команде. Витали по всему полю боя Олеськины бабочки, которые повысили свои исцеляющие способности вместе с Олесем и теперь оказывали первую помощь всем пострадавшим в бою солдатам. Ромкины летающие кошки, с завидным упорством прорывались к мурайским личинкам, привлеченные их изысканной плотью и силой, скрытой в питательном мясе.
Мирон тоже не отставал, всё накладывал и накладывал руны разрыва и поглощения на мурайский дух, неотрывно следя за обстановкой на поле боя. Наставник давно отстал и теперь плечом к плечу сражался с другими солдатами. Молодой мастер рун понял, даже сейчас их действия приносят пользу, отвлекая внимание мурайского сотника, чьи команды начали поступать несвоевременно, с опозданием из-за чего обычные рядовые мурайи действовали неверно, попадая ловушки людей.
На миг Мирону даже показалось, что окончательная победа не за горами, но тут он заметил, что звуки выстрелов звучат всё реже, а звуки эфирных ударов всё чаще. Не прошло и пятнадцати минут, как выстрелы утихли и впервые за долгую историю нового человечества, разразилось эфирное сражение.
Расклад сил в подобном противостоянии был не на стороне людей, ведь человечество только начинало возвращать знания пращуров, а мурайи ими пользовались безостановочно. Спасало лишь одно, люди с помощью огнестрельного оружия сумели хорошенько проредить мурайские ряды и теперь были почти на равных с противником. Но Мирон не заглядывал так далеко, просто дал волю своему древу знаний, чей дух впитывал каждую каплю чужой силы, наполненной новыми знаниями о мирозданье.
— Ура! — заорал во всю глотку Олесь, когда дух мурайя наконец пал под общим натиском и успевшие проникнут в трещину на хитине анчутки, вылетели наружу, оставив после себя лишь выеденную скорлупу.
— Вкусный, вкусны! Сильный, сильный! Хозяин, угости нас ещё одним, — просили они, но генка не знал, что ответить. Где он им найдёт ещё одного сотника на угощение.
