- Да делайте, что хотите, мне глубоко плевать. Надеюсь, эта ваша "инстанция" отметит моё служебное рвение и стремление поддерживать готовность пожертвовать собой во имя Императора даже в застенке, куда меня кинули без всякого внятного повода.
- На границе вы тоже такое себе позволяете?
- На границе боевого офицера не кидают к уголовникам, предоставляя специальную камеру, и сами отводят каждое утро на тренировку, не задавая глупых вопросов. А ещё там я всегда понимаю, за что именно сижу в застенке.
- Вы считаете Ваше задержание бессмысленным? Это решать не вам, можете подать жалобу на имя его императорского величества.
- Капитан, вы собираетесь обсуждать со мной целесообразность моего здесь пребывания или спрашивать по существу? Чем быстрее мы начнём допрос, тем быстрее я отсюда выйду. Давайте уже, не томите, - после моих слов мужик хоть и нахмурился, но зато окончательно понял, что спорить с ним я не намерен, и вообще не спешу предъявлять какие-то претензии. - "Неужели он думал, что я тут стану топать ногами и кричать о поруганной дворянской чести? Он так решил из-за моего требования предоставить возможность потренироваться? Дурдом какой-то".
- Хорошо, рад, что вы настроены отвечать на вопросы. Тогда давайте приступим. Имя?
- Вереск эль Дарго.
- Положение?
- Лейтенант гвардии его императорского величества...
После очередной серии формальных вопросов, он, наконец, перешёл к основному.
- Зачем вы убили мага?
- Какого мага?
- Разве вы убили не одного мага?
- Простите, но у меня на границе случались дуэли с каждым вновь прибывшим для несения службы магом, иногда они умирали. Всех я не помню, - я решил, что, раз он начал задавать дурацкие вопросы, получит такие же дурацкие ответы.
- Маг, относительно которого идёт следствие - это Фальтос эр Альянти.
- Дуэль.
- Что дуэль?
- Я был вызван этим магом на дуэль, в ходе которой он был убит. Дуэль велась в чётком соответствии с дуэльным кодексом и неписанными правилами поведения боевых офицеров в отношении боевых магов. Такой возможный исход дуэли маг мог предвидеть, но, по всей видимости, не придал ему значения. Теперь он мёртв.
- По имеющейся у следствия информации вы убили мага, когда он уже не представлял опасности и был вами повержен путём, - сыскарь наклонился к бумагам на столе, - "удара рукоятью меча в область лба с последующей потерей сознания". Я спрашиваю вас, зачем было убивать поверженного бессознательного противника?
- Пункт 13 Дуэльного уложения предписывает: "Победитель вправе требовать принесения ему извинений побеждённым, нанести калечащий либо смертельный удар. Запрещается избивать поверженного противника, оскорблять его и причинять ему чрезмерные физические страдания". Ничего запретного я не совершил, лишь использовав своё право нанесения смертельного удара.
- Вы говорили, что раньше дрались с магами. Всегда ли вы их убивали в случае победы?
- Нет. Всё зависело от степени оскорбления и... моего настроения, - мы мило улыбнулись друг другу на мою невинную шутку. - Кроме того, магов к нам направляют учиться уму-разуму, и кому, как не нам, гвардейцам, их учить? Мёртвый маг ничему уже не научится, поэтому многое ещё зависело от его готовности усваивать науку жизни.
- Тогда какие именно обстоятельства побудили вас именно убить, а не "поучить уму-разуму", как вы выражаетесь?
- Мы не на границе, а маг не мой сослуживец, чтобы я его учил.
- Значит, всех остальных, кроме сослуживцев, вы будете именно убивать?
- Если бы мне не дали возможность тренироваться в Башне, я бы по выходе отсюда убил на дуэли сначала поочерёдно всех надзирателей, которые мне отказали, а затем начальника караула и коменданта Башни. После этого следующее руководство стало бы относиться к боевым офицерам, находящимся к тому же в отпуске, так, как те того и заслужили своей безукоризненной службой. Но руководство вовремя оценило, кто к ним попал, проявило дальновидность и рассудительность. В результате, все живы. Вы поняли мою мысль, капитан?
- Не совсем.
- Если бы маг вёл себя адекватно, достойно своего высокого статуса слуги его императорского величества, и не оскорбил смертельно другого слугу Императора, он был бы жив.
- Значит, дело в смертельном оскорблении? Если вас не затруднит, расскажите подробности.
- Да, капитан, я бы попросил Вас записывать всё, что я говорю дословно. Иначе я протокол не подпишу и припишу внизу о вашей недобросовестности при ведении допроса, - сыскарь чуть не подавился моим замечанием, но быстро взял себя в руки и принялся записывать всё, что я до этого говорил. - "Выходит, чёткость показаний следствию нужна, и моя подпись под ними будет что-то, да значить. Не лично ли Император будет просматривать документы? Нужно всё чётко до него донести".
Закончив записывать, мужик откинулся на спинку своего кресла и перевёл дух.
- Зачем тебе это, лейтенант? - не выдержал он.
