Машину же вел Верс, не проронив за время поездки ни слова. Все его внимание было устремлено на город, где в любой момент могли взорваться бомбы. Но прошло уже больше десяти минут с момента смерти фельдмаршала, а взрыва так и не было видно.
Генерал и лейтенант могли бы всю дорогу просидеть в тишине. В конце концов общих тем для обсуждения у них было немного. Но Рэйн решил кое-что обсудить. Поскольку при первой встрече у Верса явно сложилось о нем не лучшее впечатление, он хотел бы прояснить некоторые моменты.
— Все еще считаешь, что от меня не было никакого толку?
— Я такого не говорил.
— Ну… как бы да, но ведь ты об этом думал.
— Сэр, я лишь сказал, что ваши навыки не были нужны в тот момент. По итогу даже хорошо, что вы не пошли. Фельдмаршал о вас не узнал, и мы смогли убрать его без лишнего шума. О чем тут можно жалеть?
— Я не жалею, поверь. Пока вы штурмовали кабак, мы с Королевой вычистили половину жмуриков из карантинной зоны, — сказав это, Рэйн достал нож и принялся соскабливать грязь с основания ствола. — Но мне не нравится, что все вокруг считают меня каким-то клоуном. Будто я не генерал, а хер знает кто.
— При всем уважении, это вы довели жителей Ватомира до восстания. Мало кто из генералов на такое способен.
Хотя прочие могли расценить слова Верса как оскорбление вышестоящего командира, и ударный мог бы за них поплатиться, но Рэйна не особо заботила разница в званиях. В какой-то степени он и сам способствовал нарушению уставных отношений, поэтому не упрекал в этом подчиненных.
Но, конечно, это вовсе не значит, что он никогда не обижался.
— В смысле я?! Я сюда приехал уже после того, как в городе начались протесты. И я много раз говорил Милии и Индипадле, что за политику я не шарю. Меня сослали сюда из-за нежелания нашей верхушки заниматься городом, а не из-за моих выдающихся управленческих навыков.
— Оно и видно.
Рэйн нахмурился, но после вернулся к полировке. И раз от лейтенанта он поддержки мог не ждать, то решил поднять более актуальный вопрос.
— Что будешь делать с телом старика?
— Попрошу госпожу Милию помочь в его изучении. Нужно выяснить его настоящее имя, на кого он работал и являлся ли оператором.
— Насчет последнего все понятно, а как ты его имя узнать собираешься? Вряд ли он тебе его скажет. Я ведь башку ему разнес, он уже не воскреснет.
— Что-нибудь придумаю. Может, будет совпадение по крови, и получится найти его родственников в базе данных. И если узнаю имя, то смогу найти и все остальное. В идеале его нанимателей.
— Занятно. Как я понимаю, под подозрением сейчас либо Новый Преих, либо Союз? А что насчет Снуда? Хира говорила, что они с Арктуром видели этого старика в их столице. А еще было что-то про короля, но этого я уже не помню.
— Да, я прочел отчет. Сложно судить насчет всей страны лишь со слов фельдмаршала, но я знаю, что Кутетцо точно в этом замешаны. Один из них напал на мою группу в Эс-Маде. По его заверениям, на подконтрольных территориях должны быть еще четыре агента Кутетцо.
— О-о, удачи в поисках. Их люди и в Ватомире успели поднасрать, но пока они сами не показались, никто не мог их обнаружить. Нашим диверсантам есть чему у них поучиться.
С этими словами Версу было сложно не согласиться, поэтому он пару раз кивнул. Рэйн же, на какое-то время насытившись разговорами, вернулся к молчаливой полировке, дав лейтенанту спокойно довести машину до города. Но эта беседа породила в разуме Верса еще больше тревог.
Он думал, что смерть фельдмаршала решит все проблемы, но ничего не изменилось. Он все еще не был в курсе, какая из стран отдавала ему приказы и что являлось их конечной целью.
Будь-то кража строительного оборудования или бессмысленный бунт, сделки с Кутетцо или похищение базы данных караула, у Верса не нашлось единого ответа на то, для чего все это было сделано. Казалось, все это являлось частью какого-то запутанного заговора, но ни цели заговора, ни заговорщики так и не были раскрыты. Лишь фельдмаршал и некая женщина по фамилии Монтерфаль успели засветиться, а все остальные были лишь мелкими пешками.
Все, кто мог знать что-то важное, быстро устранялись фельдмаршалом или кем-то из его подручных. Это и привело к тому, что расследование Верса зашло в тупик.
Придя к такому выводу, лейтенант достал из кармана голокуб Уэса, на котором все еще хранилась заблокированная папка.
Если о фельдмаршале ничего не удастся узнать, то единственной зацепкой останется лишь эта папка. И чтобы добраться до ее содержимого, нужно было ее как-то взломать, ведь без пароля ни один архив открыть не получится.
Но эту проблему Версу предстояло решить позже. Сейчас же у него были более насущные дела.
14 Февраля, Северный эвакуационный лагерь, 16:03 дня.
Когда Верс привез броневик в назначенное место, его глазам предстала печальная картина сотен и тысяч людей, которых небрежно распределяли по установленным наспех палаткам.
Несмотря на неприязнь к ватомирцам, лейтенанту даже стало их жаль. В конце концов не все же здесь сочувствовали мятежникам. Что, впрочем, не делало их лоялистами гильдии.
