— Командира ко мне! — крикнул Верс, после чего к нему подбежал боец с наплечником и приложил кулак к груди.
— Штаб-сержант Клирик, сэр!
— Лейтенант Верс. Доложите обстановку.
— Все плохо, лейтенант. Враг засел в жилом квартале и ведет огонь по нам, стоит только показаться на улице. У него пулеметные точки на крыше театра и школы, и заклинатели со святой магией. Мы потеряли уже два отделения.
— Что насчет десанта и поддержки с воздуха?
— Основные силы сосредоточили на кротчайшем к казармам пути, но там все тоже не на шутку обороняется. Я спрашивал у штаба — свободных MCC просто нет, — Клирик указал пальцем на крышу. — Мы собирались послать небольшую группу вместе с ангелами на захват театра, чтобы был хоть какой-то шанс продвинуться.
— Понял. Сколько тогда останется бойцов для прорыва кольца?
— Отделения три, не больше.
— Тогда это исключено. Нельзя дробить малый взвод на части. У вас есть RLH?
Сержант и его люди удивленно уставились на лейтенанта. Верс уже собирался повторить вопрос, но Клирик наконец ответил.
— Э, так точно. Мы взяли их на всякий случай, но позже штаб запретил обстрел гражданских зданий.
— Поздно думать о безопасности жителей. Сколько ангелов у вас?
— Двое, сэр. Лирит и Имола.
— Зови их сюда.
Хоть и с большим сомнением, но боец послушался офицера и забежал в ресторан, где сейчас находились его люди. Быстро вернувшись, Клирик привел с собой двух безликих дев, парящих над землей с помощью неведомой силы.
Казалось, что ангелы погибели являлись высшими существами и должны были стоять в касте Отвергнутых на более высоком уровне, чем ударные, но те времена прошли. Даже на них красовалась боевая броня без нашивок, что указывало на их низкое звание.
Поэтому, увидев Верса, они без лишних эмоций отсалютовали ему, и лейтенант ответил им тем же.
— Вы двое должны взять RLH и запустить по снаряду на крышу театра. Устраните пулеметные точки, и тогда будем продвигаться дальше.
— Сэр, есть, сэр, — чуть ли не шепотом ответили ангелы.
— Штаб-сержант, свяжитесь с остальными частями и передайте, чтобы оставались на занимаемых позициях. Мы пойдем на штурм лишь тогда, когда будет снят барьер с казарменной зоны. Приказ генерала Индицибуса.
Казалось, лишь одного имени генерала достаточно, чтобы избавить сержанта от всех сомнений. Хотя он не знал, как барьер будет снят без их помощи, ведь изначальной целью штурма как раз и являлось освобождение запертых частей. Но лейтенант, очевидно, располагал общей картиной, так что вопросов у Клирика не возникло.
— Есть! Только разрешите списать ваш идентификатор.
— Разумеется.
Несколько секунд ударные смотрели друг на друга, но наконец сержант кивнул и убежал назад в ресторан. Лишь эта небольшая процедура была необходима, чтобы довериться словам Верса. Так Клирик хотя бы знал, от кого получил приказ, и мог передать эту информацию остальным.
А между тем, в воздухе послышался нарастающий свист.
— Обстрел! — крикнул один из бойцов.
Десятки сияющих сфер неслись по небу в сторону ударных. Солдаты быстро спрыгнули в низины и легли, как вдруг все вокруг начало взрываться.
Вспышки света, дикий гул, разрывающий барабанные перепонки, а также превращенные в пыль ударные, которым не повезло попасть под действие святой магии врага — уже привычная картина для ватомирского гарнизона.
Баллистический урон от этих сфер был небольшим, зато любой нежити достаточно было лишь попасть под ударную волну, чтобы расщепиться. Только ангелы погибели чувствовали себя в безопасности, пока ударные укрывались от очередного обстрела.
Такие удары заклинатели бунтовщиков наносили один за другим, пока была мана. Иногда они комбинировали их с огненной магией, поэтому укрываться в домах было не лучшей идеей. Спасали лишь воронки в земле и любые низины, где можно было скрыться как от световой, так и от взрывной волн.
Так, через минуту закончился очередной магический удар, и бойцы гильдии стали подсчитывать потери.
— Эй, вы как там? — Верс обернулся к своему отряду.
— Да, вроде, пронесло.
— Меня лишь чуток подпалило.
— Грх, да разбомбите их уже! — крикнул Морж и выпустил в один из занимаемых врагом домов автоматную очередь.
Терпение ударных было на исходе. В такие моменты мало кто вспоминал, что бунтовщики занимали жилые дома, где могли находиться лояльные Отвергнутым граждане. Ведь их врага наличие гражданских, почему-то, совсем не заботило.
Жестокая правда войны: чаще всего в ней побеждает тот, кто готов замарать руки и спустить курок, даже если это заберет жизни невинных. Те же, кого беспокоит, что о них подумают после окончания боев, обычно не доживают до победного дня.
Глава 28
«Восстание, часть 3»
— Это Кракен-1, захожу на цель.
Пара MCC, пролетая над ватомирскими кварталами, выполняла приказ штаба и попыталась атаковать барьер, сковавший большую часть батальона в зоне казарм.
В носовой части обеих машин раскрылись задвижки, откуда выдвинулись заряженные ППРУ. Ведущему лишь осталось отдать приказ, чтобы нанести удар по огромному куполу.
— Открыть огонь по цели.
