Удары жизни (ЛП) полностью

— Я не пытался быть мудаком, а всего лишь пытался вывести тебя хотя бы на пятисекундный разговор. Я скучал по тебе. Я был готов просить о перемирии. Черт, я собирался упасть на четвереньки и умолять тебя, если бы пришлось, но потом ты сказала...

Потом ты сказала, что твое нижнее белье было надето для кого-то еще, когда я в шутку спросил, не для меня ли оно.

Мои пальцы играли с кончиками ее волос, когда я вспоминал этот момент. Она так сказала, только чтобы причинить мне боль, и это сработало. Это было очень жестоко.

От воспоминаний защемило в груди. Сегодня ночью мое сердце походило на Шалтая Болтая, разбивавшееся и снова соединявшееся воедино.

Но некоторые кусочки до сих пор отсутствуют. Возможно, так и будет теперь.

— Прости, что сказала, что больше не твой Котенок. Мне нравится это прозвище. Я скучала по нему и когда услышала его сегодня... — Она пожала плечами, ее рот скривился в отчаянии. — Это было больно.

Ей нравится? Я не знал. Она сделала шаг вперед от «терпеть» до «нравится»? Потому что именно так, я считал, она думает.

Ее глаза сверкнули, прежде чем она опустила их.

— Я говорила реально дерьмовые вещи этой ночью и на самом деле так не думала. — Она положила ладонь мне на сердце, заставляя его ускориться. Серые глаза встретились с моими, когда она произнесла: — Я хочу его, но не знаю, как о нем позаботиться...

Наклонившись, я поцеловал ее в подбородок.

— Открою тебе маленький секрет: я тоже не знаю, что делаю. — Я отстранился, видя едва заметную улыбку на ее лице. — Это все для меня впервые, но мы разберемся с этим вместе, ладно?

— Уверен? Я... — Она сглотнула и схватилась за кончики волос. — Я реально чокнутая. Тебе придется нелегко, и понадобится много терпения, чтобы быть со мной, и я не буду винить тебя, если ты захочешь уйти. Но, если останешься... — Она быстро вдохнула и бросила на меня взгляд. — То останешься навсегда. Я знаю, что прошу слишком много...

Мой рот накрыл ее прежде, чем она смогла закончить свою мысль. Я завладел ее губами и поглотил испуганный вскрик, но, когда наши языки соприкоснулись, она затихла.

Я целовал ее сначала нежно и медленно, лишь слегка касаясь губами и нежно переплетавшимися языками. Но когда наше дыхание участилось, нежность и неспешность обернулись отчаянностью и бешенным сплетением губ, рук и ног.

Она закинула мне ногу на талию, и я сжал ее бедро, соединяя наши лучшие части тела. Я был в двух секундах от того, чтобы перекатить ее на спину и оседлать ее, когда вдруг ее слова пронзили мой поглощенный вожделением мозг.

Она не привыкла быть внизу.

Это напоминание было похоже на ледяной душ.

Тяжело дыша, я остановился, прижавшись с ней лбами. Честно, я не хотел так выходить из-под контроля. Я собирался что-то с этим делать.

Когда снова был в состоянии говорить, я откинулся назад и заправил выбившуюся прядку волос ей за ухо.

— Ты ни о чем не просишь, но предлагаешь мне величайший подарок, какой я только могу представить, и сейчас я удивляюсь, что нахрен сделал в своей жизни, чтобы заслужить это. — Большим пальцем я провел по ее нижней губе и линии подбородка. — Но в одном я уверен точно — я самый счастливый сукин сын, когда-либо ходивший на земле, потому что ты рядом со мной.

Саванна закрыла глаза и легла на спину. Рот медленно растянулся в улыбке, когда она похлопала ладонью себя по груди.

— Аж желудок скрутило. Сумасшедшее сердце.

Клянусь, ее глаза сверкали, когда она посмотрела на меня снова. Радость, исходившая от нее, заразна, и заставила меня тоже улыбнуться широкой глупой улыбкой.

— Сумасшедшая хрень, да? — Я вытер слезинку, скатившуюся по ее щеке. — Думаю, мне нравится заставлять тебя так чувствовать.

Она подползла ко мне и уткнулась лицом в шею.

— Мне тоже это нравится.

И мы, казалось, целую вечность просто лежали так вместе. Я гладил каждый доступный мне участок ее кожи — руки, бедра, спину — и смотрел на наши сплетенные тела. Ее рука и нога были закинуты на меня, а голова медленно поднималась от моего дыхания.

Когда я уже думал, что она уснула, она пробормотала.

— Спасибо.

— За что? — спросил я грубоватым от долгого молчания голосом.

— Что не сказал, как ты сожалеешь о том, что со мной произошло.

Но я сожалел. Я чертовски как жалел ее за произошедшее.

Но вместо того, чтобы озвучить это, я лишь еще сильнее прижал ее к себе. Иногда слов недостаточно.

Спустя несколько минут ее сонный невнятный голос произнес.

— Деклан?

— М-м?

— Думаю, я люблю тебя.

Все мое тело замерло, а когда Саванна больше ничего не сказала, я опустил голову. Ее глаза были закрыты, а дыхание стало глубоким и ровным.

Подождав, пока мое сердце снова забьется, я оставил поцелуй на ее макушке.

— Я знаю, Котенок.

Я только не понимал, осознавала ли она это до конца.

Глава 18

Саванна