Между прочим, сэндвич действительно хорош. Так хорош, что я пытаюсь не закатывать глаза и не стонать так, как было бы уместно только при занятии сексом. Думаю, это лучший чертовый сэндвич, который я когда-либо пробовала, но он может показаться таким лишь потому, что кто-то ничего не ел в течение всего дня.
Я заканчиваю с половиной бутерброда и кладу обратно оставшуюся часть. Проглотив кусок, беру высокий стакан молока рядом с моей тарелкой. Делаю глоток, смотря мимо Деклана в сторону гостиной, а он начинает сверлить меня своими глазами.
— Мои кулинарные навыки очень ограничены, так что…
Ставя на место стакан, я облизываю губы, чтобы убрать с моего рта все оставшиеся крошки.
— Нет, очень вкусно, — признаю я, заставляя себя улыбнуться.
Он хмурится, смотря на мою оставшуюся часть сэндвича.
— Тогда почему ты не ешь?
— Я сыта. — Отодвигаю тарелку, хотя могла бы легко доесть это, если бы не имела зрителей.
Деклан придвигает ко мне тарелку назад.
— Меня не волнует. Ешь.
Ничто не может быстрее взбесить меня, чем его властное поведение и требования, которые включают во мне режим суки.
— Нет, если ты собираешься сидеть здесь и смотреть на меня, как извращенец.
Он наклоняется вперед, кладя локти на стол.
— Что если я посижу здесь и поговорю с тобой?
— Не похоже, что я смогу тебя остановить. — Это очевидно, исходя из последних событий…
Я поднимаю вторую половину сэндвича и осторожно кусаю, бросая на него «ну, и?» взгляд.
— Как получилось, что ты спишь в своей машине? Тебя бросил парень или что-то еще случилось?
Конечно, он так или иначе спросил бы меня об этом. Задерживаю дыхание, потому что не собираюсь говорить об этом, я поднимаю стакан молока к моим губам и делаю длинный глоток, прежде чем поставить его обратно.
Мои движения медленные, протяжные и немного томные.
— Это твой способ спросить меня: есть ли у меня парень?
— Нет. Если бы я хотел спросить об этом, я бы напрямую задал вопрос.
Его глаза скользят по участкам моей кожи, неприкрытые майкой, прежде чем они возвращаются ко мне. Улыбка играет на уголках его рта, но не принимает окончательную форму.
— У тебя есть парень?
Смеясь, я качаю головой:
— Нет. Я не завожу отношений.
Деклан хватает свое пиво, готовясь сделать глоток.
— Знаешь, большинство девушек, которые так говорят, фактически ищут отношения.
Я пожимаю плечами, застенчиво улыбаясь.
— Я не из большинства девушек.
Это было шустро, даже для меня. Он забыл, что спрашивал меня, как я оказалась в моей машине, после моих отвлекающих маневров. Деклан делает глоток и продолжает:
— Почему ты не заводишь отношения?
Мои брови поднимаются, когда я сморю на него.
— Хочешь сказать, что ты заводишь?
Нет. Это точно не тот долбаный случай, когда такой красивый татуированный Бог предпочитает моногамию бесконечному потоку женщин, готовых визжать от возможности оседлать его.
— Почему это звучит так абсурдно? — спрашивает он, нахмурившись.
Я начинаю моргать, потому мои глаза расширяются. Похоже, он собирается заставить меня объяснять свои слова.
— Ну… посмотри на себя, — начинаю я, показывая на руки, выглядывающие из-под рукавов его однотонной белой футболки.
— Ты не похож на тот тип людей, которые заводят серьезные отношения.
— А к какому типу людей я, по-твоему, отношусь?
Я пожимаю плечами, инстинктивно облизывая свои губы, когда смотрю на него.
— Которые заводят мимолетные интрижки.
Он откидывается на спинку стула и скрещивает руки за головой. Деклан лениво пожимает плечами, когда дарит мне дерзкую улыбку.
— Ну, ты не совсем неправа. Я не завожу отношения ни те, ни другие, только одноразовый секс.
Мои губы сжимаются в тонкую линию, пытаясь подавить улыбку. Я угадала. Я, мать его, знала это.
— И ты заставил меня объяснять это дерьмо в то время, как я была права? Ты – задница. — говорю я, игриво пиная его под столом.
Он смеется, глубоко и хрипло, откидывая голову назад. Мне нравится этот звук. Когда парень снова смотрит на меня, его зеленые глаза светятся теплом.
— Итак, расскажи мне, Котенок, почему ты не заводишь отношения?
Мои глаза сужаются, когда я смотрю на него, потом поднимаю свой сэндвич и откусываю следующий кусок. Мне не должно нравиться это прозвище, но оно очаровывает меня все больше и больше. После того, как я прожевываю и глотаю кусок, я отвечаю:
— Почему бы и нет?
Его губы забавно дергаются.
— Я первый спросил.
Мои глаза закатываются на незрелый ответ, но этот разговор куда более занимателен, чем я предполагала, так что иду ему навстречу.
— Потому что это пустая трата времени и отличной косметики. Я всегда говорю: береги себя от сердечной боли и драмы. Купи вместо этого вибратор.
Стул Деклана продвигается вперед, когда его локти облокачиваются на стол, а его лицо становится оживленным
