Севернее Поклонной горы, на берегу Первого (Верхнего) озера, отводилось место для детской спортивной школы с закрытым плавательным бассейном и детским стадионом, который намечалось построить на осушенной территории между озером и обрывом Поклонной горы. А центром всех спортивных сооружений, как указывалось в газетной публикации 1956 года, станет величественный комплекс построек
Института физической культуры им. П.Ф. Лесгафта – его перевод из центра Ленинграда уже был включен в перспективный план застройки района Поклонной горы.
«Здания института разместятся на ее вершине и станут центром будущего архитектурного ансамбля, – отмечалось в „Вечернем Ленинграде". – Уже сейчас, гуляя по Сосновскому лесопарку или по краю обрыва Поклонной горы, откуда открывается вид на окружающую местность, угадываешь черты величественной панорамы новых сооружений, которые будут служить делу укрепления здоровья советских людей».
Увы, проект перевода института им. Лесгафта на Поклонную гору так и остался на бумаге. Точно так же, как оказалось нереализованным и другое любопытное предложение: возвести здесь здания Ленинградского университета – наподобие МГУ на Ленинских (Воробьевых) горах...
Если своего рода «северными воротами» в Удельную была Поклонная гора, то южным въездом, или преддверием, – Светлановская площадь. Ее монументальный архитектурный ансамбль сформировался тогда же, во второй половине 1950-х годов. Авторами возведенных зданий стали архитекторы В.Ф. Белов, М.П. Савкевич, Л Л. Шретер. На противоположной стороне площади располагался Светлановский рынок. На его месте предполагалось возвести здание исполкома Сталинского района[41]. «В центре площади, на месте трамвайного кольца, раскинется обширный сквер, обрамленный деревьями с богатой кроной, – говорилось в публикации газеты „Вечерний Ленинград” от 20 июля 1957 года. – В центре сквера будет воздвигнут величественный памятник Фридриху Энгельсу». Стоит добавить, что и здание райсовета, и памятник Энгельсу так и остались прожектами.
Одним из важнейших культурных очагов жизни Удельной служила в ту пору школа № 118 (на рубеже 1950– 1960-х гг. она получила № 99) на углу проспекта Энгельса и Рашетовой улицы. В послевоенную пору это была единственная десятилетка для девочек (совместное обучение мальчиков и девочек, отмененное в 1943 году, было восстановлено с 1954/55 учебного года) во всей округе – от Шувалова до Светлановской площади.
«При наличии в квартирах только черных тарелок репродукторов с одной программой и крайне редких телевизоров школа была не только местом учебы, но и культурным центром, – вспоминает Марина Владиславовна Леонова, жившая в доме на Рашетовой ул., 19. – Моя сестра училась в ней после возвращения из эвакуации, я – с 1948 по 1959 год. Директором тогда была Елизавета Матвеевна Булгакова. Она жила рядом со школой и большую часть своего времени, в том числе и свободного, отдавала ученикам. При школе было несколько комнат, где жили два учителя начальной школы, библиотекарь, которые также постоянно занимались с нами и после уроков.
Школа гордилась своими традициями. 1-го сентября на входе нас всегда встречал приветственный плакат, нарисованный учительницей рисования Ниной Васильевной
Дубровской. Я до сих помню, как нас, первоклашек, знакомили со школой, водили по всем кабинетам, все приветствовали нас, вставали – это запомнилось на всю жизнь.
Из учителей особенно запомнилась Александра Сергеевна Потапович – при ней особенно процветал наш пришкольный участок. Там не просто выращивались растения, а иллюстрировалась вся программа по ботанике. Каждый получал задание на лето, проводил опыты, а потом, зимой, докладывал об их результатах.
В школе была традиция театральных постановок. Помню, в третьем классе мы играли сцены из „Сказки о царе Салтане“. На втором этаже была маленькая, но хорошо оборудованная сцена с вращающимися кулисами. Одно время было даже два драмкружка, одним руководил артист кукольного театра, другим – учительница рисования, приглашались мальчики из мужской школы. Во время каникул давали по два-три спектакля в день, по классам продавали билеты за символическую цену, а вырученные деньги родительский комитет распределял в помощь нуждающимся. Драмкружок давал выездные спектакли, в том числе в воинских частях. Даже летом мы ездили со спектаклями в пионерские лагеря.
