«Он отпустил Веронику и Марка, не стал нападать на меня, пока я сломя голову нёсся за убийцей Оксаны… — рассуждал Валерий. — И почему-то не тронул оперов Ордена, прибывших к выходу из подземелья, хотя угрожал расправиться с ними. Да этот ублюдок вообще нас не боится, чёрт бы его подрал!.. — Мужчина вздохнул. — Но у него есть какие-то свои принципы, свои правила, которые он нарушать не намерен. Есть и какая-то цель, которую я пока понять не могу… Охотно верю, что этот Ян действительно хочет смерти Вероники, но почему-то только от своих рук. Неужели действительно для верности?.. Нет, вряд ли. Не знаю… Он ведь даже…
Валерий невольно усмехнулся и пожал плечами.
«А ведь оно действительно выглядит именно так! — подумал он. — И всё же, ведь мог всё решить в подземелье. Что тебя остановило? Что такого ты понял там, внизу? Узнал что-то о Буром, который обещал Веронику убитому Ликантропу?» — Ищейка хищно улыбнулся, и его глаза по-звериному блеснули.
— Мы ведь ещё встретимся с тобой, «Ян»? — прошептал Валерий, будто бы бросая вызов этому странному оборотню. А в наушнике звучало:
Валерий поднял голову к небу и тяжёлым тучам, стремительно наступающим на Волданск. Они грозились обильно вылиться на город, да так, что улицы затопит. И заметил в небе во́рона… Это совершенно точно была не обычная ворона или грач. Птица парила в воздухе, широко раскрыв крылья, даже практически не махая ими. И сухо, коротко, но раскатисто каркала…
Приглядываясь к ворону, Валерий невольно улыбнулся. А затем ему вспомнилось лицо девушки, которую он хотел защитить во что бы то ни стало… И, будто бы рефлекторно, прикоснулся к мочке уха с той самой серьгой.
— Не позволю! — процедил мужчина. — Не позволю погибнуть и
Ливень всё-таки накрыл Волданск и его окрестности, но земли на юге — те, которые были ближе к Восточным Саянам, — позже, чем все остальные… Раскисшая земля ушла из-под ноги, и Ян, взбираясь всё выше в холм посреди тайги, поскользнулся… Едва не упал, но схватился за ствол ближайшего дерева. И, обретя равновесие, усмехнулся.
Усмехнулся потому, что его — сверхъестественного хищника — заставил оступиться ливень. Заставил оступиться пусть сильный, но всё же дождь, который совсем скоро закончится. Ведь здесь бо́льшая часть дождей именно такая…
Ян обернулся и устремил взгляд в сторону посёлка Лесной, который отсюда уже не видно, и располагающегося ещё дальше Волданска. Там, где-то за таёжными деревьями, затерявшись в лабиринте городских каменных стен, была его цель.
Он
Как и последние несколько лет…
Как и последний десяток лет…
Чувствовал всё сильнее, так, что уже не мог игнорировать… И это злило его.
Ян закрыл полные ненависти глаза и поднял голову к небу. Снял бейсболку и подставил лицо струям дождя… Парень стоял так некоторое время, будто бы наслаждаясь омывающим его ливнем. А когда опустил голову и вновь устремил взгляд в сторону Волданска, в нём не осталось ни следа от ненависти. Из воспоминаний Яна вынырнул образ девушки, которую он нашёл в квартире оборотня-Ищейки. Той, которая чуть позже оказалась в том же самом баре, что и он, или в подземелье под кинотеатром. Оборотень глубоко вздохнул и провёл рукой по вымокшим иссиня-чёрным волосам.
— Наконец-то избавлюсь от тебя, — прошептал Ян. Его тонкие губы дрогнули, но так и не сложились в привычную злую улыбку. — Но сперва…
Оборотень развернулся и продолжил свой путь, упрямо смотря только вперёд.
«Сперва я хочу увидеть тебя
— Эй, проснись! — прозвучало над самым ухом Вероники, и её потрясли. — Проснись и пой! Эй!..
Девушка лишь недовольно проворчала, не желая пробуждаться. Тогда её потрясли вновь.
— Проснись уже, Вика! Отец с охоты вернулся. Ты не чувствуешь запаха добычи?
«Это ведь… не моё имя…» — поняла Вероника и приоткрыла глаза.
Над ней нависала девочка с длинными каштановыми волосами, чьё лицо казалось до боли знакомым.
— Алиса?.. — удивлённо прошептала Вероника.
— Ника, да проснись ты уже! — прошипела Саша и вновь потрясла подругу. — Далматов скоро дыру в тебе прожжёт! А Кротская, чувствую, с радостью ему поможет.
Прошло некоторое время, прежде чем Вероника поняла, что случайно заснула в душной аудитории во время лекции. Саша скорчила страшное лицо и бросила взгляд на преподавателя.
— Благодарю, Бивак. А вас, Миронова, я попрошу задержаться после лекции, — произнёс Далматов и продолжил монотонно зачитывать материал.
