— У меня отличный глазомер, Ямаути-сан, — изобразил я частое дыхание. Не такое частое, как у него, я все же турнир Воинов выиграл, но должен же я был запыхаться хоть немного? — Я ведь говорил, что стрелковый бой для меня — не просто любопытство.
— А в фехтовании… глазомер… и вовсе решает, — пытался он отдышаться. — Поздравляю, Сакурай-кун… Ты действительно… нечто.
На что я просто поклонился достойному сопернику.
— Ох, вот это удар, — отдернул я руку от живота Кагами и показушно потряс ладонью. — Малыш определенно вырастет сильным. Ох и задаст он жару сестрам! — покачал я головой, улыбнувшись.
— Пф, — фыркнула собирающаяся в школу Шина.
Мизуки уже убежала, а я вновь заглянул к Кояма, дабы мелькнуть рядом с Кагами. Пусть суеверие, но ничего не могу с собой поделать. Раньше как-то не до этого было, все мысли вокруг своих проблем крутились, а тут как по голове стукнуло.
— Надеюсь, и ты примешь участие в его воспитании, Синдзи, — произнесла с улыбкой Кагами.
— А то ж! — усмехнулся я. — Мы еще сделаем из него безбашенного отморозка!
— Кхм, — кашлянула Кагами.
— Ну постараемся сделать, — стушевался я под ее взглядом.
— Кхм, кхм.
— Пока мама не видит, я научу тебя, как ругаться без мата, — обратился я к ее животу.
— Синдзи, — произнесла она укоризненно.
— Да ладно вам, Кагами-сан, вы все равно ничего не увидите. А что не видно, того не существует! — вознес я палец к небесам.
— Мальчишки, — покачала она головой.
— Только и умеешь, что материться, — продефилировала мимо нас Шина.
Глянув на ее мать, обернулся и крикнул вслед вышедшей из гостиной девушке:
— Я матом не ругаюсь! — и, обернувшись к Кагами, произнес: — Но ведь не ругаюсь же.
— Я знаю, Синдзи, — вздохнула она. — Когда вы уже помиритесь?
— Когда она замуж выйдет и успокоится.
На что Кагами только головой покачала.
Стоит отметить, что вчера под вечер отзвонился Рымов, сообщив, что машину они купили. Мой новый трудовой конь теперь называется «Mercedes-Benz W212». Сообщил он и о желании Васи-тяна переговорить насчет нового «майбаха», ну а я, дурак, и поперся на разговор, благо они с Сейджуном уже успели заселиться в новый дом неподалеку.
…Столь впечатляющей актерской игры я не видел уже давно, а уж от лица брутального мужика и подавно. Все эти заламывания рук, почти плач — благо слезу он все-таки не пустил, стенания и закатывания глаз меня, признаться, впечатлили. А цена вопроса оказалась восемь миллионов рублей, что меня опять же впечатлило. «Maybach Exelero», по словам Васи-тяна, был довольно редкой зверушкой в наших краях. Не то чтобы он был сам по себе редок, — не более чем любая машина подобного класса, но конкретно в Японии штука нечастая. Так Вася-тян клялся и божился, что сможет достать машину в рекордные две недели. Но — восемь миллионов, народ! Я, конечно, могу в покупательском угаре потратить больше, чем планировал, но не столько же! С другой стороны, у меня на носу череда приглашений к аристократам, и появиться там лучше на чем-нибудь получше… Восемь лямов! Прежний «майбах» стоил мне, если округлить, пятьсот тысяч, а тут такое… Теперь, кстати, понятно, почему Вася-тян был не так уж и сильно расстроен потерей старых машин, — видимо, давно уже присмотрел новую игрушку и просто не знал, как ко мне подступиться. В общем, деньги я им перевел. Меня не сильно радуют такие траты, но в прошлый раз мы «майбаха» месяц ждали, а тут — две недели.
Забавно, вроде и богаче становлюсь, но вместе с тем и прижимистей.
Учебный день отметился для меня только уроком истории, где нам рассказывали, как Симадзу и Кояма чуть больше четырехсот лет назад в Имдинской войне на пару терроризировали корейцев. «Дьяволы Симадзу» и «Проклятый огонь Кояма» — две террористические группировки, от которых корейцы до сих пор икают. Причем войны было две, с двухлетним перерывом между ними, и в конце второй тогдашний правитель Японии — Тоётоми Хидэёси, из рода моего дружбана Кена — банально бросил обоих на растерзание корейцев. Симадзу и Кояма не простили. Во-первых, большая их часть умудрилась оттуда вырваться, после чего корейцы, собственно, и начали икать при их упоминании. А во-вторых, по возвращении домой род Тоётоми не просидел на своем троне и пары десятилетий, и если бы не вмешавшиеся Токугава, их бы и вовсе вырезали. Кояма удовлетворились отступными, так как они все же клан, а вот имперский род Симадзу вознамерился занять пост правителей, что Токугава им сделать не дали. Так Симадзу с Токугава с тех пор и враждуют.
А про бывший имперский род Тоётоми, ставший кланом, и вовсе все позабыли.
