Удиви меня полностью

Поднимаюсь на четвертый этаж и толкаю тяжелую пожарную дверь. Мэри ждет меня на крошечной площадке, красивая, как никогда, в сером льняном платье, но потрясенная моим неожиданным визитом, замечаю я с удовлетворением. Что, дорогая, по тихой заводи пробежала рябь?

– Сильви! – ахает она. – Мне позвонили снизу и сказали, что кто-то по имени Сильви хочет меня видеть. Но я и подумать не могла…

– Брось! Ты не можешь не знать, почему я здесь! – с ходу язвлю я. – Тогда попроси свои целебные энергии помочь тебе!

Тишина. Лишь мысли проносятся в ее темно-карих глазах.

– Может, пройдем в кабинет? – произносит она наконец.

Она ведет меня в крошечный кабинетик и жестом указывает на кресло напротив ее стола. Кабинет, на мой взгляд, пустоват: лишь мебель из очень светлого дерева, информационные плакаты об экологических проблемах и пара картин абстракционистов, о которых в других обстоятельствах я бы у нее обязательно спросила.

Мэри садится, я остаюсь на месте. Мне нужно быть выше ее.

– Спасибо за письмо, – резко начинаю я и швыряю ее письмецо прямо ей на стол.

Она вздрагивает и непонимающе хлопает глазами. Осторожно берет в руки конверт и лепечет:

– Это… Ты это… Сильви?

– Да, я, – неумолимо отрезаю я. О нет, для тебя это не будет легко, дорогая!

– Что-то… случилось?

Что-то случилось? Что-то случилось?! Она издевается?

– Говорю же, брось! – рычу я. – Я все знаю. У вас тайный роман. Ну, не такой уж и тайный, раз он переехал к тебе. Можешь делать что хочешь, только больше не присылай мне писем с благодарностью за прекрасный обед.

Тяжело дышу, Мэри же смотрит на меня с отвисшей челюстью.

– Переехал ко мне? Ты это вообще о чем?

– Прекрати притворяться.

– Боже, Сильви. – Она хватается руками за голову. – Если ты ждешь объяснений… У меня нет романа с Дэном, и он ко мне не переезжал.

– Ну да, и тайных эсэмэсочек он тебе тоже не присылал, – сладеньким голосом протягиваю я. – И не говорил тебе, что чувствует себя прижатым к стенке. Я видела, как вы разговаривали. Я видела, как вы обнимались. Нет смысла больше ничего скрывать.

Тишина. У меня получилось! Я проколола ее сияющий радугой мыльный пузырь, сорвала с нее маску. Для ангела она выглядит слишком уж взволнованной.

– Мы разговаривали тем вечером, – наконец произносит она. – И обнимались. Но как старые друзья, не более. Дэн захотел открыться мне… и я его выслушала. – Она встает со стула и смотрит мне прямо в глаза. – У нас с Дэном нет романа. Пожалуйста, поверь мне.

– «Старые друзья, не более», – передразниваю ее я.

– Все именно так. – Ее щеки заливаются румянцем. – Я не стала бы встречаться с женатым мужчиной. Никогда в жизни.

– А сообщения? – не отстаю я.

– Я прислала ему пару сообщений. Мы просто болтали. Ничего больше. Я обещаю.

– Но вы встречались в «Старбаксе». И в «Villandry»!

– Нет, – качает головой она. – Мы обсуждали возможность встречи. Он просто хотел поговорить со мной. Разгрузиться. Вот и все.

– Разгрузиться? От чего? – Мой голос звенит, я не собираюсь смягчать тон. – От того, что я была «сама не своя»?

– Что?! – непонимающе хлопает она глазами. – Он никогда так не…

– Хватит все отрицать! Я видела сообщения! «Извини, опаздываю», «Все нормально, я отвлек С.», – цитируя я, тыча в нее пальцем. – «Помни о ЗС-факторе»! Я все прочла, нет смысла врать!

– Понятия не имею, о чем ты! – Она кажется сбитой с толку. – Что еще за ЗС-фактор? И он не мог «опоздать» на встречу, потому что мы не встречались.

Тяжело дышу. Нет, ну бывают же такие люди!

– Смотри! – сую ей под нос фотографии эсэмэсок, которые я сделала с тайного телефона Дэна. – И вспоминай!

Мэри смотрит на телефон и изящно морщит лоб:

– В жизни не видела этих сообщений!

– Что? – чуть ли не ору на нее я. – Они для «Мэри». Смотри, «Мэри»!

– Мне плевать, они не для меня!

Мгновение мы просто смотрим друг на друга. Я пытаюсь найти другое объяснение, отчаянно хочу найти это другое объяснение. Между тем Мэри хватает телефон и начинает лихорадочно листать фотографии, пока не доходит до сообщений от «Мэри».

– Это не мой номер, – спокойно говорит она. – Не мои сообщения. Я покажу тебе свой телефон, если хочешь. Покажу сообщения, которые Дэн присылал мне. Они совершенно невинные.

Она выдергивает из своего айфона провод для зарядки и показывает мне экран. Смотрю на сообщения Дэна, все начинающиеся с «Привет, Мэри» и заканчивающиеся «Замечательно, что ты смогла приехать к нам с Сильви на ужин». Мэри права. Они все невинные и даже довольно формальные. В них нет той виноватой спешки и небрежной легкости, какая отличает те сообщения.

– Я не знаю, кому он это писал, – Мэри стучит ноготком по экрану моего телефона, – но точно не мне.

– Но…

Опускаюсь в кресло, коленки дрожат, я не могу дышать. Я по-над обрывом. Какая-то женщина держит меня за грудки на краю пропасти и угрожает сбросить. Но вот только я опять не знаю, кто она… Кто эта другая Мэри? Сколько же Мэри в жизни Дэна? Смотрю на Мэри Холланд и вижу в ее глазах отражение моих собственных вопросов. Она медленно листает фотографии на моем телефоне, и с каждым фото ее лицо становится мрачнее.