Удивительная Ия полностью

Покрывала ступни.

Река, которая не была рекой, становилась настоящей рекой. Воду перенаправили в точности как говорила Сара.

Сара?

Где Сара?

Я пошла вброд под мостом. Она всё ещё была там. Она спала, завернувшись в одеяло. Вода ещё не достигла верха этой ступени.

Вода создавала странное ощущение внизу вокруг ног. Я прислушалась. Она текла. Быстро.

Также она увеличивалась в объёме.

Русло наполнялось.

Скоро это уже будет не просто русло.

Скоро это будет река.

Это будет река, и Сара обрадуется, потому что сможет сказать, что ходила по её дну до того, как река стала рекой.

Я твёрдо стояла в воде. Мне нравилось ощущение несущейся мне навстречу воды. Она пыталась увлечь меня за собой, но я стояла твёрдо.

Тут я подумала, что Сара не такая сильная, как Андруг-560 модель II компании «Дженсон и Дженсон».

Я подумала, что эта вода может быть опасной для неё.

Я подумала, что если кто-нибудь не сделает чего-нибудь, чтобы помочь Саре, она вскоре действительно будет в большой опасности.

Я пошла вброд к Саре.

Она была бледная.

Дрожала во сне.

Вода стала затекать на ступеньку.

Я не хочу, чтобы меня отправили обратно в «Дженсон и Дженсон».

Я не хочу, чтобы меня уничтожили.

Но пора было отвести Сару домой.

Так будет правильно.

Ширли-мама и Роб-папа, наверное, всё ещё ищут нас. Они, наверное, всё ещё волнуются, хотя моя система отслеживания подключилась автоматически, когда меня разбудила эта водоплавающая утка и я включилась. Поэтому сейчас у них может быть доступ к моему местонахождению, следовательно, и Сары.

Я подняла спящую дрожащую Сару со ступеньки.

Остановилась.

Наверное, надо отправить Ширли-маме и Робу-папе сообщение. Наверное, надо поставить их в известность, что мы находимся в русле, которое становится рекой, и что это представляет огромную опасность для человека. Наверное, надо поставить их в известность, что я как раз спасаю Сару от этой огромной опасности.

Я не хочу, чтобы Ширли-мама и Роб-папа пришли сюда и тоже оказались в огромной опасности.

– Что происходит? – Сара широко раскрыла глаза. – Ия, что ты делаешь?! – Она стала бить меня по руке. Хлоп-хлоп-хлоп. – Опусти меня! – Хлоп-хлоп-хлоп. – Сейчас же опусти меня! – Хлоп-хлоп-хлоп. Она пыталась вырваться, но я держала её крепко. – Пусти меня, я пойду! Ой… моя нога! Нога болит! Куда ты меня несёшь? – Хлоп-хлоп-хлоп. – Что ты собираешься делать? Я хочу домой! Я просто хочу домой!

– Пожалуйста, позволь мне понести тебя, Сара. Тебе небезопасно здесь идти. Они сделали реку, которая ещё не река, настоящей рекой. Смотри.

Сара посмотрела вниз на воду. Перестала вырываться.

– Ты счастлива теперь, Сара?

– Счастлива? – Сара шмыгнула носом. Нос у неё был красный. Волосы спутались и прилипли к шее.

– Они сейчас наполняют реку. Ты ходила по её дну, а теперь никто уже не сможет.

– Я просто хочу домой, – сказала Сара.

Я пробралась вброд до конца моста. Вода доставала мне до колен. Она текла по ногам и пыталась увлечь меня течением, но я твёрдо и неуклонно шла вперёд.

Солнце всё ещё светило.

Облака всё ещё сыпали дождём.

Огромная широкая прекрасная радуга растянулась поперёк неба. Красный, оранжевый, жёлтый, зелёный, голубой, синий, фиолетовый.

Ширли-мама права. Никогда не надоест смотреть на радугу. Но у меня нет времени стоять и рассматривать её сегодня.

Я начала взбираться по серому каменному склону. Так как я несла Сару, я не могла расставить руки для равновесия. Поэтому я передвигалась очень маленькими шагами. Вскоре мы вышли из воды и оказались на берегу. Я перешагнула через оранжевую пластиковую ограду и пошла к дому Сары вдоль русла, которое теперь становилось рекой.

Тут я заметила, что функционирую неисправно. Когда я наступала на правую ногу, правая коленка слегка подгибалась. И левый глаз моргал с частотой 27 раз в минуту. Вода проникла в схемы.

Я отправила отчёт об ошибке в «Дженсон и Дженсон».

Какие-то люди в чёрной форме и тяжёлых ботинках бежали мне навстречу. Полицейские.

Впереди них был человек, которого я сразу узнала. Р-роб-п-папа. Он т-тоже б-бежал. Неожиданное ощущение в-в-вернулось в м-мою грудную клетку.

А п-п-позади Роба-папы бежал кое-кто ещё.

Кое-кто ещё, из-за кого моя г-грудная к-клетка н-начала гу-у-у-удеть. И б-б-биться. И ст-т-т-тучать.

Ш-ширли-м-мама.

Мой рот сам по себе растянулся U-образно вверх.

Но у Ширли-мамы рот не сделал U-образного движения вверх. Её рот что-то кричал.

Визжал что-то.

– Оставь мою дочь в покое! Положи её на землю! Оставь её в покое!

Я сфокусировалась. Брови у Ширли-мамы сдвинуты, зубы сомкнуты, она бежит всё быстрее, быстрее и быстрее ко мне.

Она кричала это полицейским?

– Положи её, Ия! Положи её и оставь её в покое! – это Роб-папа. У него рот тоже не сделал U-образного движения вверх.

На их лицах тот же взгляд, что у Сары вчера вечером, до того, как вода пошла в русло.

Страх.

Я сообразила, что не отправила сообщение Ширли-маме и Робу-папе и не поставила их в известность о том, что спасаю Сару из огромной опасности.

Я отвлеклась, когда Сара проснулась и начала делать мне хлоп-хлоп-хлоп.

Я забыла.