— Ничего страшного, — перебиваю его. — Я справлюсь. Спасибо за предложение, но не уверена, что это будет правильно.
Лео застыл напротив меня.
— Хорошо. Настаивать не буду. Но знай — предложение будет актуально всегда, — мужчина немного расслабился, а после закрыл за мной дверь. Мне приятно, что Добрынин добр ко мне. Главное — не перейти ту самую черту, за которой наша дружба заканчивается, а значит и всему остальному — конец.
Я вернулась в квартиру. Мопс уже стоял, как на стороже, и ожидал команды идти гулять. Пришлось быстро одеваться и выходить с Моцартом на улицу. В этот раз было еще холоднее, чем утром. Закуталась в свой шарф, спрятав покрасневший нос, и натянула чуть ли не до локтей варежки, чтобы не остаться без пальцев. Зато пес был в восторге от прогулки — все же теплая зимняя одежда не позволяла ему сильно мерзнуть, а значит он мог спокойно наслаждаться прогулкой. На площадке вновь было тихо. Я присела на скамейку, отпуская мопса побегать по маленькой территории, а сама устремила свой взгляд куда-то вверх, рассматривая звездное небо. Сегодня луну видно очень хорошо — такая яркая. Ее серебристый отблеск виднелся на белом вечернем снегу, превращая это в какие-то самоцветы, переливающимися между собой.
Вдруг я услышала женский смех и повернула голову. Нина шла вместе со Львом и широко улыбалась. Парень нес за собой свой рюкзак и здраво шутил, вызывая у девушки приступы звонкого смеха. А со стороны она выглядела очень даже счастливой вместе с Добрыниным. Все же нашли точки соприкосновения. Мне казалось, что нынче только парни увлекаются компьютерными играми, но Нине удалось вновь удивить меня. Разносторонняя девушка.
И внезапно заметила знакомую машину возле нашего подъезда. Это был Адриан, не иначе. Он не дозвонился и решил приехать лично — еще не хлеще. Только перед сном мне не хватало выяснения отношений. Я сама все разрушила тем, что позволила Чернову поцеловать меня, тем самым, стирая границы между нашими прежними хорошими отношениями. Сейчас же чувствую себя виноватой, но пока не готова к общению с Адрианом — мне надо немного подумать, разобраться в своих мыслях, потому что там полный кавардак и только потом собраться с силами, чтобы все рассказать мужчине.
А сейчас он только делает хуже. Я могу наговорить того, чего не хотела бы. Но и выгнать его навряд ли получится просто так. Как минимум — Чернов выше и больше, сильнее физически, а я — а что я могу ему сделать? Максимум, наорать. Но в случае с ним ругаться мне не хочется.
— Моцарт, ко мне, — подзываю пса к себе, чтобы зацепить поводок к ошейнику. Мопс послушно подбегает и усаживается на снег, дожидаясь меня. Собираю все силы в кулак и иду в сторону дома, спрятав руки в карманы. Может накинуть капюшон и пройти мимо? В темноте он навряд ли будет рассматривать каждую девушку.
Все же, попытка не пытка. Прикрываю шарфом себя почти по нос, натягиваю пушистый капюшон, тем самым закрывая обзор на лицо, и прохожу молча мимо Адриана, стоящего возле своей машины и посматривающего в стороны с надеждой увидеть меня.
Иду боком, чтобы не раскрывать своей личности и почти успеваю забежать в подъезд.
— Лера? Подожди! — крикнул Чернов за спиной.
Все равно зашла внутрь, чтобы не мерзнуть. Адриан успевает подхватить дверь рукой и пойти следом.
— Лера. Прошу, давай поговорим.
— Адриан, пожалуйста, не сейчас. Я позвоню тебе, как буду готова все это обсудить, — даже не смотрю в его сторону и поднимаюсь с Моцартом все выше и выше.
— Я хочу извиниться, — мужчина продолжает идти за мной.
Молчу, прикусив язык во рту. Боюсь ляпнуть что-нибудь не то. Прибавляю шаг, чтобы поскорее оказаться дома, но Адриан нисколько не сдается. В конечном итоге ловит меня за руку прямо в коридоре.
— Лера, пожалуйста.
— Адриан, — смотрю ему в глаза. — Дай мне время. Я тоже виновата перед тобой.
— Ты не виновата. Я сам это начал.
— А я дура, что согласилась на это, — шепотом выдаю я, понимая, что нас могут сейчас спокойно услышать. Не хотелось бы из этого раздувать глупые слухи.
— Я…ты мне нравишься, понимаешь? — эти слова еще больше стали давить на меня. Чернов выбрал не самое подходящее время для признаний, когда я настолько раздражена и нахожусь в нежелании обсуждать сейчас амурные дела.
— Понимаю. Но давай обсудим это позже, когда я смогу принять окончательное решение. Путать тебя — не в моих принципах. Должна быть четкая граница.
— Почему? Почему ты себе не позволяешь расслабиться, кому-то довериться? — опечаленно спрашивает Адриан, подтянув меня к себе.
Я замолчала, хватая воздухом ртом.
— Потому что боюсь. Ты уедешь и что тогда? Я останусь тут одна, со своими никому ненужными чувствами. И зачем все это? Я не хочу страдать, — выдала я на одном дыхании, осознавая, что рассказала о своих опасениях. Не хочу нырять в это болото, которое не принесет ничего хорошего, кроме слез и страданий.
— Ты…так значит…