Когда я увидел ее впервые, она собиралась замуж, а я был давно женат. Сейчас она в разводе и я тоже, но легче от этого не стало.
Серый быстро принял роль заботливого доктора, для поддержания легенды решил померить хозяйке квартиры давление. А Арина даже свитер снимать при мне не хотела. Представляю что будет если я заявлю о своем намерении. Уволиться к чертям собачьим.
А ведь у меня никогда не было проблем с женским полом. Бабы сами из трусов выпрыгивают. Как та Катюша из аналитического отдела. Девочка думает, если ее устроили на стажировку по знакомству, то она вполне может ухватить кусок побольше. Если бы не безмерное уважение к семье Фразиных, я бы эту маленькую хищницу за ее выкрутасы выгнал с треском. Даже не посмотрел на то, что она действительно хороший работник и начальница аналитического отдела ее хвалит. Мне вторая Элона поблизости даром не нужна. Я уже не мальчик сопливый, членом не думаю.
После короткого кивка друга, который гласил: «свали отсюда», пришлось уйти в кухню, которую видел только через окно.
Обвел взглядом уютную, просторную комнату, сразу видно кухней правит женщина. Милые салфеточки, смешная яркая сахарница на столе, мягкая игрушка дракона с сердцем на подоконнике, цветы в горшках.
И так мне захотелось этого простого человеческого уюта вот до ломоты в костях, до дрожи в сердце. Господи, как же я безумно хочу эту женщину, ее нежности, страсти, горящих глаз обращенных на меня. Чтоб исчезла эта скованность, не логичный, непонятно откуда взявшийся страх.
В сердце кольнуло, будто эфемерный шип вошел в плоть, причиняя тем самым тупую боль. Зачем-то открыл и тут же закрыл пару шкафов, потом засунув руки в карманы брюк подошел к окну, продолжая вариться в своих эмоциях.
Через минуту Серый оповестил об окончании осмотра.
Вернувшись в соседнюю комнату, столкнулся с затравленным взглядом любимой женщины. Ее руки воровато поправляли свитер, а щеки горели ярким румянцем.
И я не смог удержать себя, ноги сами понесли меня к ней.
Знаете это ощущение, когда что-то долгожданное происходит у вас впервые?
Подняв ее на руки, сердце забилось с удвоенной силой, ломая ребра. Ее личный аромат при близком контакте стал еще острее. И я наслаждаясь, жадно вдыхал его как наркоман.
Жажда любимой женщины рвала на части. Ее горячие ладони на моей шее только усугубляли и так «плачевное состояние». Приток крови к определенному органу принес мне немалый дискомфорт.
Сжав крепко челюсть, выдыхая воздух через нос, толкнул дверь спальни.
Уложив Арину на постель, укрыл одеялом. Банальные пожелания хорошего отдыха вырвались сами собой. Эмоции которые я испытывал были слишком яркими, чтобы я мог думать связно.
Расспрашивать где была и с кем, как ревнивый муж сейчас не имело никакого смысла. Уверен, правды не добьюсь. А данную информацию я все равно со временем узнаю. Самое главное — увидел ее. Живая, в квартире одна, телефон ее уже проверяют. А в остальном разберемся, как говорят: «Решать проблемы по мере их поступления».
Натянув одеяло до подбородка, Арсеньева впервые набралась смелости и «тактично» намекнула, что мне здесь не рады.
Не видел Арину долгих три дня. Метался как зверь в клетке, не находя решения как приблизить ее к себе.
«Идти на пролом? С ней? Не вариант, — с досадой выпустил воздух из легких. — Не хватало напугать ее еще больше, тогда она уж точно не подпустит меня к себе. Нужно набросать хоть какой-то план действий, выработать подробную тактику приручения, — усмехнулся я на последних словах».
Но проблема заключалась в том, что живая женщина — это не новый бизнес-проект. В любви не действует холодный расчет и железная хватка, которой руководствовался всю свою жизнь.
Просмотрев последний документ, поставил электронную подпись. Потирая переносицу двумя пальцами, устало откинулся в кресле.
«Да, Громов, как не прискорбно признавать, но нет у тебя опыта в таком деликатном деле как соблазнение. Медведь ты, Громов, медведь в посудной лавке. Женился ты рано, а потом девки сами не прочь были залезть тебе в трусы. Так что отвалилось твое «умение» даже то, что пришло с генами, как атавизм отвалилось», — пробормотал я себе, сцепив пальцы за шеей.
Стрелка часов стремительно приближалась к двадцати ноль — ноль. За стеклами окон соседней высотки уже горел свет, пытаясь разогнать глубокие сумерки. А с небо тихо падал снег.
Прикрыв глаза, растворяясь в тишине кабинета, память невольно подбросила напоминание, какой завтра день. Сердце болезненно щемнуло.
Завтра дата смерти родной сестры моей непутевой матери, нужно напомнить секретарше про цветы и съездить на кладбище.
Нажав на пару кнопок, поднес трубку к уху:
— Елена, закажите на завтра букет цветов. Да, розовые розы с белыми лилиями. Хорошо, пусть будут еще зеленые листья. Доставка в холдинг. Нет, больше ничего не надо. До свидания, — поднявшись с кресла, стал собирать бумаги в портфель.
Быстро накинул на себя пальто, закрыл дверь кабинета и с тревожными мыслями направился к дверям лифта.
