— Нет, она ни о чем не знала, потому что я скрывала от нее также, кто спас ей жизнь, зная, что она бы непременно проболталась, — слегка удивленно восприняла пассивность племянницы, Аниты, ожидая того, что ей придется успокаивать или подбадривать Лику, но последняя сохраняла тишину, о чем-то задумавшись.
— И Сандер тоже, не так ли? — пробормотала Анжелика, столкнувшись с тем, что вся ее жизнь пропитана ложью, предательствами и обманами. Неужели нет шанса выбраться из болота, тянущего ее ко дну? Почему самые близкие люди ранят ее?
— Лика, твой муж… — Анита сделала значительную паузу, задерживая дыхание, ища правильный подход, ведь иногда словом можно убить, однако Анжелика опередила тетю, выдержанно подытожив:
— Понятно, он знал и врал мне… Хотя, почему бы ему не лгать, ведь вокруг меня одна ложь?! Больше или меньше, без разницы.
С Анжеликой что-то происходило. Казалось, силы предательски оставляют ее тело, будто еще немного, и она окончательно сдастся противной слабости, тем не менее девушка поднялась на ноги со второй попытки, ибо в первый раз она едва не упала, удержавшись за стену под испуганное восклицание тети.
— Лика, что ты надумала? — недоуменно спросила Анита, встав для подстраховки в случае, если она вновь покачнется. — Сандер, конечно, поступил неправильно, придумав всю эту ложную историю. На твоем месте, я бы поговорила с ним и разъяснила причину его поведения, потому что со мной он постоянно избегал этой темы, а у тебя есть право жены.
— Люблю я его или нет, но я не смогу его бросить… Он сломается окончательно, и никто не поможет ему, кроме меня, — скорее для себя, чем для тети произнесла Анжелика без прежней уверенности.
— Лика? Ты бледна, присядь! — встревожилась ни на шутку Анита, протянув руку к ней, на что Анжелика никак не отреагировала, продолжая тяжело идти в противоположную сторону, и до Аниты постепенно дошло, что она направляется к… Жиральду Ларошу. Боже, что она наделала! Катерина, вряд ли, простит ее за рассказанное, ведь раскрытая тайна может сблизить двух разлученных возлюбленных, и Анита не знала, к чему приведет это. Хорошо или плохо? Конечно, она не ненавидела Жиральда, так как он буквально вырвал с того света ее дочь, тем не менее поощрять его не собиралась. Во — первых, между ними не должно быть больше связи по той причине, что у Анжелики есть муж, а во — вторых… Нет, одного твердого утверждения достаточно.
Лика не осмелится изменить Сандеру, наученная горьким опытом того, как больно оказаться преданным. Анита надеялась на благоразумие племянницы, все же предательские ростки подозрения засели в ней.
— Входите!
Анжелика прикрыла дверь, прислонившись спиной к холодному деревянному материалу, чувствуя, как дрожь охватывает тело, затем отступает, позволяя занять ее место жару.
К удачи или неудачи, Катерины Новик не было в кабинете, а отвлекшийся от чтения бумаг на столе Жиральд озабоченно разглядывал ее сквозь очки.
Анжелике не составило особого труда сложить дважды два, чтобы прийти к логическому заключению. Тетя хранила не свой секрет, точнее она не хотела подвести сестру, почти наверняка, составившую продуманную клевету. Мать догадывалась, какую именно кнопку нажать в Анжелике для отключения чувств. И Сандер, ее муж, доказывающий на протяжении трех лет преданность, принимал в плане Катерины Новик прямое участие!
— Почему ты стоишь? — нахмурился Жиральд, отложив шариковую ручку. — Проходи и садись, мне давно надо с тобой кое-что прояснить, и я рад, что ты сама пришла ко мне. Анжелика, выслушай меня, не перебивая и не крича, пожалуйста… Анжелика! Что с тобой? Анжелика!
Девушка сползла на пол, а перед глазами очертания предметов расплылись, сливаясь в одну черную точку. Темнота накрыла ее полностью, все дальше унося от действительности. Единственное, чего желала Лика, чтобы эта темнота никогда не отпускала ее. Она устала искать правду и следить за тем, как вокруг все лгут… Просто устала.
Даже сильные руки, подхватившие обмякшую девушку, не вырывали Анжелику из той бездны, куда она проваливалась, сопровождаемая тьмой. Мрак. Неизвестность. Без лжи.
На окраину Женвилье уже опустилась глубокая ночь. Здесь, вдали от шумного центра города или бурлящего весельем Парижа, царили тишина и спокойствие. Последние недели весны уже давали о себе знать обилием зелени и распустившихся цветом, ныне спрятавшихся от темноты и ждущих рассвета. Прохладный воздух слегка шевелил ветви, склонившихся к небольшой реке, протекавшей поблизости. Лишь негромкие всплески воды и шелест свежей листвы нарушал царивший вокруг покой. Однако спустя некоторое время обстановка изменилась: тишина стала наводить обстановку страха и тревоги, будто выжидая что-то, прежде, как ленте, разорваться с треском.
