— Не понял, — подозрительно закашлялся Сандер. — Лика, что-то произошло, о чем я не знаю? Расскажи мне, дорогая, кто тебя обидел. А… Наверное, ты переживаешь за отца, верно? То, что твоя мама, моя многоуважаемая теща, не давала тебе общаться с ним, означает, что она заботилась о тебе, не хотя наносить моральный вред.
— Ты прав, — двусмысленно произнесла Анжелика. — За меня решают, как мне жить, что мне делать. Я не имею никаких прав, и моя мама — первый человек, следящий за любым моим движением и контролирующая каждый мой вздох.
— Ты не заболела? — озаботился Сандер, не обращая внимание на интонацию, а зря, потому как девушка пыталась дать ему понять, что она обо всем знает таким же скрытым подтекстом, как он. — Я могу вылететь срочным рейсом, если что, да и голос у тебя странный.
— Долго спала, Сандер, очень долго, — бросила она, в какой-то мере описывая нынешнее положение. Она только теперь проснулась, выбираясь с того нарисованного и воображаемого мира, где обитала три года.
— Лика, мне не нравиться, как ты говоришь, — пробормотал Сандер. — Ты чем-то встревожена, кроме здоровья отца? С Беллой все в порядке?
— Прекрасно, она в садике.
Интересно, почему Анжелика до этого не замечала, как быстро ее муж сменяет тактику, избегая нежеланных дискуссий, оборачивая ситуацию выгодным для себя образом?
Да, прожив достаточно долгий срок вместе, его маневры не были известны ей, хотя, наверняка, где-то в глубине подсознания она улавливала бывающую натянутость и хитрость в его предложениях, однако не придавала значения.
— Лика, тебе неудобно разговаривать? Ты занята? — попытался поспешно исправить возникшую паузу Александер. Ничего, она потерпит до его приезда, до конца выздоровеет и принудит мужа рассказать правду. Исключительную и абсолютную правду, без тени лжи. Она обязательно узнает причину, почему он держал ее в неведении столько лет!
— Да, немного не вовремя ты позвонил, — подтвердила Анжелика, и мужчина что-то пробубнил, прежде чем сбросить вызов. Кажется, он предупредил, чтобы она набрала его, когда освободится, тем не менее Анжелика не собиралась исполнять его просьбу.
Отныне, у нее есть право выбирать то, что ей хочется, а не следовать советам кого-то. Результат виден: ничего хорошего не вышло. Брак, в котором присутствовали ложь и отсутствие любви, всего лишь клетка, где двое тщетно пытались скрасить унылое существование.
Она устала… Наступает пора, когда что-то следует поменять, вычеркнуть, но есть ли уверенность, что следующий порыв не принесет куда больше бед?
Анжелика вздрогнула от неожиданности, когда кто-то настойчиво забарабанил во входную дверь. Скорее всего, она настолько погрузилась в думки, что не слышала звонка. Непонятно, кто мог посетить ее, ведь подруг у Лика не было, а мать ждет возвращения сознания бывшего мужа в больнице, поэтому Анжелика неуверенно спустилась на первый этаж, медленно открывая дверь, мысленно негодуя, что забыла договориться с мастером о починке сломанного домофона.
На пороге стоял… Жиральд Ларош в черном промокшем пальто, спокойно разглядывающий ее сквозь очки, и взгляд голубых глаз, направленный на нее и пронизывающий хуже ледяного ветра, невольно вынудил Анжелику отступить назад, пропуская мужчину внутрь, и на автомате прикрыть дверь.
Она пожалела, что не надела джинсы и блузку, поленившись и оставшись в банном белоснежным махровом халате, тогда, возможно, она избежала бы столь пронзительного взора. Он стоял напротив нее, не моргая, уставившись, словно намеревался что-то сказать, но ждал, чтобы она первая начала, угадывая суть его прихода.
— Зачем ты сюда явился? — Лучшая защита — это нападение, и Анжелика стараясь показаться бесстрастной и хладнокровной.
— Где она? Куда ты дела ее? — полюбопытствовал Жиральд, сократив расстояние между ними, слегка склонившись к лицу девушки, от чего та инстинктивно отпрянула, чуть не рухнув в мягкое кресло, стоящее неподалеку, но сильные пальцы, обвившие ее запястье, резко дернули Лику вперед, предотвращая падение.
Анжелика растерянно остановила взгляд на мужских губах, находящихся в опасной близости. Стоит приподняться на цыпочки, как произойдет неправильное и запретное. Похоже, Жиральд заметил реакцию Анжелики, слабо улыбнувшись, приоткрыв рот.
Она, как ошпаренная, отскочила от него, ощущая, как сердце ухнуло куда-то вниз, а дышать давалось с трудом.
Боже, что с ней происходит? Почему в его присутствии в ней взрывается неизвестная смесь, обдавая жаром внутренность?
— Что ты ищешь? — недоуменно приподняла бровь Лика, с нетерпением ожидая его исчезновения или она точно сойдет с ума, не вынося напряжения и боли. Когда она видела Жиральда Лароша, раны кровоточили сильнее, будто их безжалостно сдавливали.
— Рубашку, — Вроде, его ответ ничего ранящего и необычного не имел, и все же скорлупа, где Анжелика пряталась, боролась с призраками прошлого, противилась рвущимся эмоциям, не реагировала ни на что, треснула пополам. Возникло чувство, что она — оголенный нерв, отдающий режущей болью везде, опускающий на глаза туманную пелену.
