- И я люблю тебя, - счастливо улыбнулась и притянула его к себе.
Наши губы встретились, лаская и даря чувство долгожданного счастья. Но кто-то, видимо бессмертный, решил вновь нам помешать. В дверь постучали.
- Меня нет, - рявкнул Ариан, оторвавшись от меня.
- Ваше Высочество, - раздался из-за двери приглушённый женский голос, - лорд Равиус просил передать, что явился герцог Астридский с дочерью.
- Мне плевать, пусть ждут. Сколько понадобится, - зло откликнулся Ариан и уперся в мой лоб, - надоели.
- Рысь, Ласка, в гостиную, и никого не пускать к нам, - приказала я.
Кошки лениво поднялись. Ариан открыл им дверь и выпустил. Мы, наконец, остались одни. Совсем.
Не успела оглянуться, как губы Ариана вновь накрыли мои. Он целовал меня страстно, яростно, вкладывая в поцелуй все желание, которое копилось, наверное, много лет. С не меньшей страстью отвечала ему, судорожно расстегивая пуговицы на рубашке. Его губы скользили по шее, спускаясь к вырезу платья. Выгибалась им на встречу, пытаясь отдышаться. Мой принц коварно улыбнулся и меня накрыла волна дикого, сумасшедшего возбуждения. Это было что-то звериное. Что-то из разряда того, чего я никогда не испытывала. Казалось, сердце выпрыгнет из груди. Тело задрожало и стало очень чувствительным. Губы мгновенно пересохли. Облизала их и увидела, как расширяются зрачки Ариана. Он стянул с себя рубашку, оголив натренированный загорелый торс. Руки сами потянулись к этой невероятной красоте. Ариан усадил меня, рванул завязки на платье и одним движением освободил от тесной, казалось, слишком грубой ткани, оставив в кружевном безобразии. С диким восторгом проводила пальцами по его груди, вздрагивающему от прикосновений животу. Закусила губу от переполнявших эмоций.
- Это невыносимо, - хрипло выдохнул он. Сорвал с меня белье и накрыл своим телом.
Казалось, мы два голодных диких зверя, которые встретились на пути друг друга. Мы выплескивала свою страсть и любовь в поцелуях, жарких объятиях и громких, хриплых стонах. Он прикусывал мою кожу, заставляя срываться в бездну удовольствия. Я раз за разом упивалась поцелуями, но, казалось, мне всегда будет недостаточно. Это было сумасшествие. Одно на двоих. Сумасшествие, которое связывало нас. То, что называлось любовью. Судорожно хваталась за его плечи, хотелось сжать его в объятиях до боли.
- Варя, - выдыхал он, покрывая тело легкими поцелуями.
Не могла произнести ни звука. Беззвучно шептала его имя, раз за разом признаваясь в любви. И получала признания в ответ.
Моя страсть. Моя любовь. Мой суженый.
- И что теперь? - уперла руки в бока, глядя на своего мужа, - ваши советнички, чтоб их всех радикулит прихватил, старые снобы, в прошлом году даже школу танцев не хотели открывать, и ты, между прочим, был с ними солидарен, - обвинительно ткнула пальцем в Ариана, который сидел в своем любимом кресле.
- Потому что будущая королева не может быть преподавателем танцев, - вздохнул Ариан.
- Не может быть, не положено, не принято, - передразнила советников короля, - новые времена пришли, и ты прекрасно знаешь, что я продавлю свою идею. Не сама, так с помощью мамы. Раз уж ваше, покрывшееся плесенью, общество не хочет меняться добровольно.
- Но школу-то все-таки открыли, - воскликнул Ариан.
- Еще бы они ее не открыли, - фыркнула, вспомнив, как после нашего свадебного танца, ко мне беспрерывным потоком приходили девушки и женщины, которые интересовались, кто же меня научил такому великолепному танцу. - Против моей мамы, которая испытывает особую любовь к земным танцам, не попрешь.
- Но ты требуешь включить в систему образования женщин все то, что изучают мужчины - это уже слишком!
- Не сразу, постепенно, - смягчилась я, - Ариан, милый мой, ты же понимаешь, что я не отстану ни от тебя, ни от совета. Хотите вы или нет, но пора менять некоторые традиции вашего мира. Никто не заставляет пускать в совет женщин завтра, постепенно обучатся, наберутся опыта, а там уже и посмотрим.
- Варя, все будут против, ты же понимаешь это.
- Ой, да они и меня то терпят только потому, что я твоя жена и дочь самой Богини Аллории. Ничего, смирились, и даже прислушиваются. Вот и с этим смирятся.
- Прошло два года с момента возвращения Богов, а ты хочешь всего и сразу, - проворчал муж.
- Два года, - протянула я, - а как много изменилось, - зажмурилась, вспоминая события после появления мамы.
Вириана тогда не казнили. Король не смог отправить на казнь собственного сына. Даже после предательства. Тогда решили, что Вириан все-таки примет покровительство Карониуса, раз уж ему этого так хотелось. А сразу после обращения, старшего принца, вместе с еще несколькими сотнями вампиров, которых собрали по всему миру за пределами стены, отправили на остров.
