Будто догадавшись, о чем я думаю, Афия привстала на цыпочки. Она была такой маленькой, что мне пришлось наклониться, чтобы услышать ее.
— Ильяас, если наследнику клана Витуриа когда-нибудь понадобится помощь, племя Нур сочтет за честь помочь ему.
Я тотчас напрягся, но она приложила два пальца к губам — это самая крепкая клятва кочевников.
— Афия Ара-Нур сохранит твой секрет.
Я приподнял бровь. Вспомнила ли она имя Ильяас или видела меня в Серре в маске, я не знал. Кем бы ни была Афия Ара-Нур, она определенно не просто женщина. Я кивнул в знак понимания, и она просияла белозубой улыбкой.
— Ильяас… — она опустилась на пятки и больше не шептала. — Твоя девушка уже свободна, видишь.
Я обернулся через плечо. Лайя вернулась на площадку и смотрела вслед рыжему.
— Ты должен пригласить ее на танец, — молвила Афия. — Иди!
Она слегка подтолкнула меня и исчезла, позвякивая бубенцами на лодыжках. Какое-то время я смотрел на нее, потом задумчиво взглянул на монету и убрал ее в карман. Затем повернулся и пошел к Лайе.
— Можно?
Мои мысли все еще занимал Кинан, и я вздрогнула, когда увидела рядом парня-кочевника. В первый миг я лишь безмолвно смотрела на него.
— Не хотела бы ты потанцевать? — предложил он, протягивая руку. Низко надвинутый капюшон скрывал его глаза, но губы изогнулись в улыбке.
— Мм… я… — Сейчас, когда я отчиталась перед Мэйзеном, нам с Иззи следовало немедленно вернуться в Блэклиф. Рассветет только через несколько часов, но не стоило рисковать. Не хотелось, чтоб нас поймали.
— А… рыжий, — парень улыбнулся, — он твой… муж?
— Что? Нет!
— Жених?
— Нет, не жених.
— Возлюбленный? — парень многозначительно поднял бровь.
Мое лицо зарделось.
— Он — мой… мой друг.
— Тогда о чем беспокоиться? — парень улыбнулся, и в его глазах вспыхнул коварный огонек. Я заметила, что улыбаюсь ему в ответ. Я оглянулась через плечо, нашла Иззи — она беседовала с серьезным на вид парнем-книжником. Он что-то сказал, и она засмеялась. И впервые ее руки не тянулись к повязке на глазу. Поймав мой взгляд, она посмотрела на меня, затем на парня-кочевника и выгнула бровь. Мое лицо снова окатила горячая волна. Один танец не причинит вреда, а потом мы сразу уйдем.
Скрипки запели мелодичную балладу, я кивнула, и кочевник взял мои руки так уверенно, словно мы с ним — давние друзья. Несмотря на высокий рост и ширину плеч, вел он с легкой и вместе с тем чувственной грацией. Подняв глаза, я увидела, что он смотрит на меня сверху вниз. На его губах блуждала легкая улыбка. Дыхание у меня перехватило, и я стала придумывать, что бы такое сказать.
— Ты говоришь не так, как кочевники. — Это довольно нейтрально. — У тебя почти нет акцента.
И хотя его глаза были темными, как у книжников, лицо было волевым и гордым.
— На самом деле ты и не выглядишь, как они.
— Могу сказать что-нибудь на садэйском, если хочешь. — Он приблизил свои губы к моему уху, и его дыхание вызвало у меня приятную дрожь. — Меная эс пулан дила деканала.
Я вздохнула. Неудивительно, что кочевники могут продать что угодно. Его голос, теплый и глубокий, напоминал летний мед, капающий с пчелиных сот.
— Что… — спросила я хрипло и прочистила горло. — Что это значит?
Он снова улыбнулся.
— Мне придется тебе это показать.
Щеки заалели.
— А ты очень дерзкий, — я прищурилась. Где я видела его прежде? — Ты живешь где-то поблизости? Твое лицо кажется мне знакомым.
— И ты называешь меня дерзким?
Я отвела глаза, понимая, как двусмысленно прозвучала моя реплика. Он в ответ рассмеялся, низко и горячо, и у меня вновь перехватило дыхание. Внезапно мне стало жаль девушек его племени.
— Я не из Серры, — сказал он. — Итак, кто был тот рыжий?
— А кто была та брюнетка? — парировала я.
— Так ты следила за мной? Это очень лестно.
— Я не… я… Как и ты!
— Верно, — произнес он примирительно. — Я не против, если ты будешь следить за мной. А брюнетка — это Афия из племени Нур. Новый друг.
— Просто друг? А выглядело так, будто немного больше.
— Может быть, — он пожал плечами. — Но ты не ответила на мой вопрос. Насчет рыжего?
— Рыжий — друг, — я переняла задумчивый тон парня. — Новый друг.
Парень запрокинул голову назад и рассмеялся. Смех его был нежным и диким, как дождь в пустыне.
— Ты живешь в Квартале? — спросил он.
Я замешкалась. Не могла признаться, что я рабыня. Рабам не позволено находиться на Лунном Фестивале. Любой чужестранец в Серре знает это.
— Да, — ответила я. — Я уже несколько лет живу в Квартале с дедушкой и бабушкой. И… и братом. Наш дом недалеко отсюда.
Не знаю, зачем я так сказала. Возможно, надеялась, что произнесенные вслух слова станут правдой, я обернусь и увижу, как Дарин флиртует с девушками, Нэн торгует джемом с лотка, а Поуп мягко увещевает своих самых беспокойных пациентов.
Парень покружил меня, а затем заключил в кольцо своих рук, еще ближе, чем в начале танца. Его запах, пряный, пьянящий и удивительно знакомый, притягивал так, что хотелось прильнуть еще крепче, вдохнуть его полной грудью. Твердые мускулы прижались крепче, мы соприкоснулись бедрами, и я сбилась с ритма.
— А чем ты обычно занимаешься?
