— Обо мне можно думать. И даже нужно, — я хмыкнул. — И кстати, наверное, пора уже обращаться ко мне на ты. Раз уж мы не собираемся прямо сейчас друг друга убить.
— Ты прав, — робко улыбнулась девушка.
Мне понравилась её улыбка.
— Скажи, что происходит? Тогда, сейчас? Ты не раздаёшь Низкое причастие, ты убиваешь, спасая ребёнка. Кто он тебе? Почему сейчас за тобой гоняются аж три инсектанта, чего ещё не случалось на моей памяти? Кто ты и в какую игру играешь?
Девушка качнула головой.
— Слишком много вопросов. Почему я должна отвечать?
— Вивьен, я не требую, я прошу ответить. Чувствуешь разницу? Я отпустил тебя, помог тебе. И я тоже думаю о тебе с первой встречи. Пытаюсь понять.
Шагнув ближе, я застыл в двух шагах от неё. Альсеида долго молчала, глядя мне в глаза. Я ждал, не торопил. Переживал за ребят внизу, но знал, что толпой они уж как-нибудь справятся с двумя инсектантами. Моя приоритетная задача была здесь. Очень интересная задача.
— Вива, — произнесла она наконец, явно что-то для себя решив. — Так меня зовут те, с кем мы друг другу небезразличны.
— И ты меня считаешь таковым?
— Я ошибаюсь?
— Увы, нет.
— Увы? А, понимаю… — улыбка вновь коснулась её губ, вмиг смягчив черты и сделав их ещё более милыми.
— Я — ликтор, ты — альсеида, — вернул её же напоминание. — Но при этом ты мне небезразлична. С первой встречи. Что удивительно.
Вива судорожно вздохнула и чуть вздрогнула. Её взгляд потеплел.
— Что могу, скажу. Имя ты уже знаешь сам, значит, установил и где я работаю. Вся эта история связана с Институтом. Мне противно то, что обнаружилось в ходе работы над одним проектом…
— "Буддхи"? — осторожно перебил я.
— Да, коль уж раскопал. Как я тебе сказала в первую встречу, это грязно.
— Полностью согласен, если дело касается насилия над детьми, — кивнул я, следя за реакцией.
— А если не насилия? Если они уговорят детей на это? Менее грязно? — вспыхнула она, выдавая в псиэм-поле яркие эмоции. — Тот мальчик мне никто, раз ты спросил. Но дело в принципе. Я не могу на это спокойно смотреть…
— И решила бороться одна? — я скептически приподнял бровь. — Ты очень сильна, но это слишком опасно. Если у тебя нет соратников, позволь помочь. Формально мы враги, да, но никто не мешает нам сотрудничать для борьбы с большей мерзостью, чем мы сами.
Девушка вновь надолго замолчала, пожирая меня глазами.
— Вива, — обратился я, впервые пробуя на вкус это имя, — поверь, мы можем быть не только небезразличны, но и полезны друг другу.
— Хотелось бы тебе верить, правда, — отозвалась она. — Но эта информация смертельна для многих. Прежде всего, для меня. Прямо сейчас ты можешь вытянуть её, а потом позвать тех, кто внизу, и покончить со мной. Разве нет?
Я усмехнулся.
— Теоретически да. Но так не поступают с тем, кто небезразличен.
— А разве не это тебе приказали сделать? Допросить, потом убить? — её взгляд стал жёстким.
Стараясь, чтобы мой псиэм ни малейшим колебанием не выдал удивления, я медленно проговорил:
— Отдаю должное твоему интеллекту: это самый естественный приказ в такой ситуации. Но разве ты сама всегда действуешь только по стандартным схемам? Что если я вовсе не хочу тебя казнить? Да и вообще с тобой ссориться. Представь на секунду, что мне интересно совсем другое…
Мой взгляд, видно, был весьма откровенен. Щёки девушки покраснели, что ввергло меня в изумление. Это не было наигранной реакцией, следствием псиэм-воздействия на кожу. Похоже, вправду смутилась.
— Может быть, — неуверенно произнесла альсеида. — Но пока я не готова поделиться всем. Нужно подумать. Я и так сказала достаточно — след ведёт в мой Институт. И если считаешь, что дело серьёзное, то ты его даже недооцениваешь.
— Понял. Спасибо уже и за эту степень доверия. Хотелось бы большего. Подумай. Вот, держи, — я послал контактный сигнал псиэма, с помощью которого она отныне могла связаться со мной в любое время. — Меня зовут Сиор Диль Варрус. Для тех, с кем мы друг другу небезразличны, естественно, просто Сиор.
— Спасибо. Но я не уверена. Впрочем… — девушка поджала губы в замешательстве. — Жизнь покажет.
— С кем ты вступала в инсекцикл? — спросил я внезапно, следя за реакцией.
Судя по силе, которую она демонстрировала, мог предположить симбиоз с м4-осой или н3-богомолом, что вовсе скверно. Лишь оттого, что явно была неопытной, девушка чуть не проиграла матёрому инсектанту.
— Кто тебе сказал, что я в него вступала? — вопрос сопровождал удивлённо-возмущённый взгляд.
— Твоя сила.
— А не приходило в голову, что я такой родилась? — углы губ дрогнули, во взгляде появилась горечь. — Даже не пытаешься понять, что что-то может быть по-другому.
Видно, мой вопрос её не на шутку расстроил. Вива позволила неконтролируемому всплеску псиэма выдать мне целый спектр эмоций. Спохватившись, тут же прикрылась глухой защитой, но было уже поздно. Я "проник" в неё гораздо глубже, чем при первой встрече.
В разноцветном вихре псиэма девушки я почувствовал что-то своё. Близкое мне. И это было более чем странно, с учётом всех обстоятельств. Что может роднить ликтора и альсеиду — естественных антагонистов?