Угрозы России полностью

– « Отечественная наука продолжает функционировать в рамках традиционной ( индустриальной ) модели, не отвечающей современным реалиям и характеризующейся доминированием самостоятельных научных организаций, обособленных от вузов и предприятий. На них приходится свыше 80 % затрат на науку, тогда как в рыночных экономиках костяк НИС – компании и университеты. Почти ¾ организаций, выполняющих исследования и разработки ( ИР ) , находятся в собственности государства ».

Что значит «отечественная наука не отвечает современным реалиям»? Чьим реалиям – США или Китая? Отечественная наука России соответствует именно отечественным реалиям. Разве может быть иначе? Пусть бы авторы Доклада объяснили, почему отечественная наука должна «функционировать не в рамках традиционной (индустриальной) модели», если отечественная экономика является именно индустриальной, причем в состоянии деградации? Как это было бы возможно? И что станет с ¾ организаций, если государство вдруг от них откажется? Стратеги предлагают их ликвидировать? Разве кто-то предлагает этим организациям финансирование, а они отказываются? Какими странными намеками наполнен этот Доклад!

В докладе так сказано о состоянии важного элемента инновационной системы: « быстрая деградация фундаментальной науки, выступающей драйвером профессионального образования …».

Пусть фундаментальную науку России назовут драйвером (хотя странное словечко подыскали), но ведь в стратегическом докладе невозможно уйти от вопроса, почему же в России происходит «быстрая деградация фундаментальной науки». Без выяснения причин такого поистине катастрофического процесса, без описания того механизма, который его воспроизводит уже 20 лет, главные рекомендации Доклада теряют смысл.

Сами же авторы походя делают замечание, без объяснения которого все рассуждения об инновационной экономике ничего не стоят: « Несмотря на то, что поддержка науки из средств федерального бюджета в 1998–2009 гг. выросла четырехкратно… это не сказывается на динамике ее результативности в части прикладных и фундаментальных исследований ».

Удивительно, что сами же авторы высказывают важное положение, которое опровергает практически все их стратегические инновации:

– « Активное и масштабное разворачивание институциональных реформ в последние годы натолкнулось на ограничения системы, неготовой воспринять и « переварить » многие новые нормы ».

Как же вы собираетесь продавить свою стратегию, если система не готова воспринять предлагаемые вами новые институциональные нормы? Ведь ограничения – это те рамки, которые и определяют для реформатора поле возможного. Ваша стратегия вся стоит на утопии нарушения ограничений – и никаких предложений о том, как такое противоречие можно было бы разрешить. Как будто забыли самые элементарные правила анализа систем.

Функция целеполагания неразрывно связана с функцией контроля, без нее постановка цели является фикцией. Деградация функции целеполагания во многом вызвана тем, что особым направлением в антигосударственной кампании перестройки и реформы была массированная атака на структуры, выполняющие функции контроля.

Было даже изобретено понятие «административно-командная система», представленная обществу как коллективный враг народа. Под прикрытием этой кампании еще до ликвидации СССР начался демонтаж многих контролирующих структур (например, таможни). Вначале 90-х годов Россия, городская промышленно развитая страна, оказалась в необычной ситуации внезапного отказа механизмов, которые в норме гарантировали соответствие множества сторон обыденной реальности определенным нормам и стандартам.

Аптеки стали торговать фальсифицированными лекарствами, причем СМИ гипертрофировали масштабы этого явления, сея панику. Людей пугал сам факт внезапного отказа государства от функции надзора за такой деликатной сферой (при том, что контроль за качеством лекарств, поступавших в аптечную сеть, не был сопряжен с техническими трудностями – в отличие, например, от контроля за качеством мяса от скота, забитого на подворье и продаваемого на шоссе).