— Но, видишь ли, это самое удивительное… то, что я понял только что. Это не ранит так, как должно было бы, если бы что-то из этого имело значение для меня лично. Что до сих пор причиняет боль, так это то, что она не понимает, как она была важна для меня, когда я был заключенным. Она не хочет знать, через что я прошел, и меня это возмущает.
— Я знаю, Уилл. Твоя жена была надеждой, которая поддерживала в тебе жизнь, когда тебе нужна была причина. Мне жаль, что она недостаточно широких взглядов, чтобы помочь тебе забыть о твоем прошлом, — закончила за него Мира.
— Сейчас это не так важно, как было, когда я только вернулся. Осознание того, что Рио и Кассандра созданы друг для друга, принесло мне новую ясность. Или, может быть, это было из-за того, что я увидел ее лежащей рядом с ним. Она испытывала глубокую эмоциональную боль и нуждалась в нем, чтобы облегчить это. Я понял, что недавно тоже почувствовал облегчение от своей собственной эмоциональной боли. Я просто не мог сложить все это воедино, но когда я наконец это сделал… что ж, все, что я чувствовал, внезапно обрело смысл.
Мира обернулась. Она наблюдала, как Уилл колебался несколько секунд, прежде чем начать мыть ее спереди. Она не сводила взгляда с его глаз, которые изо всех сил старались на нее не смотреть. Он прилагал героические усилия, но проигрывал. Ее соски возбудились при одной мысли о том моменте, когда он откажется от этого контроля.
— Продолжай свои откровения, Уильям. Мне интересно услышать их все.
Уилл с трудом сглотнул и помолился о том, чтобы его руки остались на месте.
— В тот день, когда ты пришла ко мне домой, перед тем как отправиться на поиски компаньонов нового мира, какой бы нелогичной ни казалась эта идея в то время, я хотел тебя обнять… особенно после того, что ты сделала.
— Это была просто благодарность, — сказала Мира со смешком.
— Нет, — произнес он, качая головой. — Я хотел, чтобы ты забралась ко мне на колени и оставалась со мной, пока я сплю. Я нуждался в тебе. Вот что я сегодня понял.
— У меня от тебя голова идет кругом, — тихо проговорила Мира.
Уилл рассмеялся.
— У меня от тебя тоже голова идет кругом. С тобой я чувствую себя в безопасности, Мира. Не в эмоциональном плане, потому что тебе доставляет удовольствие быть занозой в моей заднице, но с тобой я чувствую себя в физической безопасности. Что еще важнее, я чувствую, что меня понимают. Кассандра и Рио благодарны нам обоим за то, что мы спасли его от неминуемой смерти, но мы знаем, что они никогда не увидят в нас ничего, кроме киборгов. Как будто мы для них совершенно другой биологический вид.
— Может быть, так оно и есть. Мы определенно киборги — это непреложный факт.
Мира отодвинулась и взяла губку из безвольной руки Уилла.
— Повернись и дай мне помыть тебе спину. Сможешь пялиться на мои сиськи в другой раз.
— Я не пялился.
— Лжец. Я думала, мы честны друг с другом.
Уилл с неохотой вздохнул, но повернулся, как было велено.
Мира добавила еще мыла на губку и провела ею по широким плечам Уилла. Она всегда была поклонницей мужчин, сложенных точно так же, как Уилл. Это было первое, что она в нем заметила. Но ее влечение не было достаточной причиной, чтобы позволить ему превратить ее в съежившуюся, плаксивую кашу у своих ног. Она никогда не станет такой, как Кассандра Тален. Жизнь сделала ее женщиной другого типа.
— Тебя что-то еще беспокоит? — спросила она.
— Да. Можно я останусь с тобой на ночь? Я очень давно ни с кем не спал рядом. Ты можешь устанавливать правила. Просто позволь мне остаться.
Мира одной рукой повернула Уилла к себе лицом. Она вытерла ему лицо, ни разу не встретившись с ним взглядом.
— Я могу понять, что ты чувствуешь себя одиноким и хочешь утешения. Это вполне естественно. Но полагаю, мне не нравится идея стать твоей любовной интрижкой, пока ты восстанавливаешься после разрыва с женой. Особенно после того, как Кассандра публично отвергла тебя у меня на глазах. Ты мне нравишься, но мне не нравится быть на втором месте. Ни одной женщине это не нравится.
— В моих чувствах к тебе есть нечто большее, чем просто желание секса. Поверь.
Мира пожала плечами и протянула ему губку для мытья.
— У тебя нет причин предлагать мне то, чего ты не хочешь. Вот… я не из камня сделана. Остальное ты должен вымыть сам.
Уилл снова вздохнул, взял губку и сделал, как она просила.
— Знаешь… одна из первых вещей, которые я в тебе заметил, — это то, что ты чертовски любишь командовать. Я все гадал, кто бы стал тебя терпеть.
— И ты думаешь, ты первый парень, который мне это говорит?
Проигнорировав ее саркастический ответ, Уилл отодвинул ее тело в сторону и встал под душ, чтобы смыть мыло. Когда он повернулся, Мира застыла, ожидая от него очередной реплики в ответ. Но все, о чем он мог думать, это о том, как она прекрасна. Вода сделала ее рыжие кудри тяжелыми, и пряди упали на то, что, должно быть, было самыми розовыми сосками в мире. Все в ней было компактным и совершенным, вплоть до ее милых пальчиков с накрашенными ноготками.
