Астрологическая подноготная Генри явно не интересовала доктора Корес.
– Кривая сексуальной активности снижается резко? – спросила она.
– Вроде бы да, – сказала Ева, недоумевая, о какой кривой речь.
– Какова его максимальная активность за неделю в количественном отношении?
Ева боязливо взглянула на настольную лампу и задумалась.
– Когда мы только-только поженились… – она умолкла.
– Продолжайте.
– Так вот, как-то он проделал эту штуку трижды за ночь. Но такое было только один раз.
Доктор Корес оторвалась от записи:
– Поясните, пожалуйста. Сначала вы сообщили, что муж проявлял сексуальную активность трижды за ночь. Затем вы сказали, что его активность проявлялась только один раз. Следует ли понимать вас в том смысле, что семяизвержение происходило только при первом совокуплении?
– Даже не знаю, – растерялась Ева. – Как тут разберешь?
Доктор Корес зыркнула на нее недоверчиво.
– Хорошо, я задам вопрос по-другому. Сопровождался ли пик полового возбуждения судорожными сокращениями пениса?
– Вроде бы да. Это было так давно. Помню только, что на другой день он еле ноги таскал.
Доктор Корес записала: «Сокращения – под вопросом» – и уточнила:
– В каком году это происходило?
– В шестьдесят третьем. В июле. Я запомнила потому, что мы тогда отдыхали в Эссексе и Генри говорил, что ведет себя, как эссексуальный маньяк.
– Очень остроумно, – сказала доктор Корес ледяным тоном. – И это был предельный уровень его сексуальной активности?
– Вот еще в семидесятом году, на его день рождения. Он эту штуку сделал два раза, и…
– А какова средняя частотность половых актов в неделю? – перебила доктор Корес. Как видно, до мало-мальски личных подробностей ей не было дела.
– Средняя частотность? Раньше – пара раз в неделю, а сейчас с грехом пополам раз в месяц. Бывает и реже.
Доктор Корес облизала тонкие губы и отложила ручку.
– Миссис Уилт, – произнесла она, откинувшись на спинку кресла и соединив большие и указательные пальцы. – Я занимаюсь исключительно проблемами женщин в социуме, где преобладает мужское влияние. И, откровенно говоря, мне кажется, что в отношениях с мужем вы проявляете излишнюю покорность.
– Неужели? – оживилась Ева. – А Генри твердит, будто я держу его под каблуком.
– Оставьте, – чуть заметно поморщилась доктор Корес. – Ни мнение вашего мужа, ни его персона меня не интересуют. Если вам они интересны – воля ваша. Моя же задача – помочь вам, ни от кого не зависимой личности. И ваша самообъективация представляется мне в высшей степени недостойной.
– Я больше не буду, – испугалась Ева, хотя напрочь не понимала, что такое «самообъективацня».
– Например, вы неоднократно употребили выражение: «Он проделал эту штуку трижды», «он эту штуку сделал два раза».
– Но он и правда ее проделывал, – возразила Ева.
– С кем проделывал? С вами? – возмутилась доктор Корес. – И вы так спокойно признаете, что с вами проделывали штуки?
– Я не в том смысле… – начала Ева.
Но доктора Корес было уже не остановить:
– Это же означает, что супруг вас попросту изнасиловал! Что бы сказал ваш муж, если бы вы «проделали эту штуку» с ним?
– Он бы не позволил. Понимаете, он мужчина не очень крупный, но…
– Габариты значения не имеют. Главное – отношение. Я готова помочь вам, но при одном условии: вы постараетесь мысленно поставить себя выше своего мужа, – глаза доктора Корес за синими стеклами очков сузились.
– Я постараюсь.
– Вы непременно возьмете над ним верх, – зловеще прошипела доктор Корес. – Это очень важно. Повторите: «Я возьму верх».
– Я возьму верх, – сказала Ева.
– «Я сильнее».
– Да-да.
– Не «да-да», а «я сильнее», – цыкнула на нее доктор Корес, и взгляд ее стал еще более колючим.
– «Я сильнее», – покорилась Ева.
– Теперь вместе.
– «Вместе».
– Да нет же! Повторите обе фразы. Итак…
– А, – сообразила Ева. – «Я возьму верх. Я сильнее».
– Еще раз.
– «Я возьму верх. Я сильнее».
– Хорошо, – сказала доктор Корес. – И помните, что я могу вам помочь, только если вы сами настроитесь должным образом. Повторяйте эти фразы триста раз в день. Вы меня поняли?
– Поняла. «Я возьму верх. Я сильнее».
– Еще раз.
Целых пять минут Ева, боясь пошевелиться, повторяла заклинание, а доктор Корес буравила ее немигающим взглядом.
– Хватит, – наконец сжалилась она. – Вам, конечно, понятна цель этого упражнения?
– Вроде как. Вон и Мэвис Моттрем говорит, что женщины должны занять главенствующее положение в мире. Ведь вы про это, да?
Доктор Корес снова откинулась на кресле, и по губам ее скользнула усмешка.
– Миссис Уилт, исследования, которые я провожу уже тридцать пять лет, доказывают сексуальное превосходство женских особей у млекопитающих. Еще в детстве мое воображение поразили брачные повадки паукообразных. Собственно, эта проблема интересовала мою мать – до ее злостчастного замужества. Вы меня понимаете?
Ева кивнула. Ей было не совсем ясно, причем здесь пауки, однако она слушала во все уши: доктор наверняка говорит дело. Это и девочкам в будущем пригодится.
