Мистическое вдохновение переполняло души. Искали духовный смысл борьбы между королем и парламентом. Множество невероятных событий произошло в Англии, пока Джерард Уинстэнли пас коров на бесплодных вересках холма Святого Георгия. Набранная и обученная Кромвелем пуританская армия в 1644 году начинает одерживать одну за другой победы над силами роялистов: при Гейнсборо, Уинсби, Марстон-Муре. В январе 1645 года парламент утвердил эти победы актом о создании регулярной парламентской армии — Армии нового образца. 14 июня 1645 года в битве при Нэсби королевские сторонники — кавалеры — разбиты наголову. В следующем, 1646 году парламент отменяет феодальные повинности лендлордов по отношению к королю. Веками существовавшее «рыцарское держание», которое обязывало лорда платить королю подать при вступлении в наследственные права и женитьбе, поставлять ему в случае необходимости вооруженных воинов, которое отдавало ему в опеку земли несовершеннолетних, потерявших родителей, было, наконец, аннулировано. Зависимость же крестьян от воли лорда по-прежнему осталась в силе: ее отменять никто не собирался.
В это же время в стране рождается новая политическая сила — левеллеры, что в переводе значит «уравнители». Они требуют уравнения в правах всех англичан независимо от имущественного положения, избрания нового парламента, демократической конституции. Их глава — тот самый Джон Лилберн, которого истязал палач десять лет назад на площади Вестминстера.
Возбужденная левеллерской агитацией армия избирает своих агитаторов-уполномоченных для борьбы с консервативными устремлениями пресвитерианского парламента. Она захватывает короля, вступает в Лондон и требует принятия новой справедливой конституции — «Народного соглашения». Осенью 1647 года в Петни, неподалеку от холма Святого Георгия, индепенденты во главе с Кромвелем и Айртоном и левеллеры Рейнсборо, Сексби, Петти, Уайльдман до хрипоты спорят о принципах политического устройства Англии. Сила на стороне офицеров, и левеллеры терпят поражение сначала в словесных спорах, потом на полях Уэра, где ряд полков идет на открытое восстание. Пользуясь раздорами в стане революции, роялисты поднимают голову.
А вольные мыслители ищут объяснения этой борьбе в дышащих древней, притягательной силой пророчествах Писания, в творениях континентальных мудрецов. В 1645 году выходят переводы сочинений Якоба Беме, в 1646 году — «Лицезрение бога» Николая Кузанского, в 1648 — его «Теология Германика». Образованные и талантливые пуританские проповедники — Джон Эверард, Джон Солтмарш, Уильям Делл популяризируют эти сочинения в устных проповедях. Бог пребывает во всех творениях, твердят они, и в каждом человеке; не ищите его вне себя, он внутри вас; там он учит и наставляет. Христос и дьявол, небеса и ад присутствуют в каждой душе.
Уинстэнли слышал этих проповедников в Лондоне — еще в то время, когда держал свою лавку на Олд Джури. Он жил тогда заурядной обывательской жизнью. И вот «посреди этих моих глупостей, — вспоминал он, — я услышал слова одного человека. Он отверг гнев, угрюмость, скупость и раздражение»; дух его очистился; это было подобно «операции отсечения мертвой плоти, чтобы излечить болезнь». В душе его «поднялось солнце справедливости, и человек этот обрел великую радость и сладостный покой, кротость и смирение и исполнился славы». Проповедь эта еще тогда поразила его. Быть может, он слышал знаменитого Джона Эверарда, который проповедовал как раз в приходе святого Олава на улице Олд Джури.
Еще тогда, в Лондоне, Джерард попытался идти путем этого проповедника — отвергнуть вожделения плоти, страсть к наживе, стремление к наслаждениям мира сего. Но близкие его не поняли. Когда я жил, как все, вспоминал он, мною были довольны. Когда я встал на путь духа, «прежние мои знакомцы стали бояться меня, называли богохульником, заблудшим и смотрели на меня как на человека не от мира сего, ибо семя пало во мне на добрую почву; я имел Бога — я имел все».
И теперь это первое обращение возрождается в его душе, и он пытается идти дальше. И иногда, может быть, благодарит Провидение за то, что оно лишило его благ земных и расчистило путь для восхождения духа.
