Уинстон Черчилль полностью

Битва за Мидуэй является своеобразным водоразделом меж­ду сплошным триумфом японцев в первые месяцы и последующей затяжной войной на истощение, в которой США с их индустрией и ресурсами получили пред­почтительные шансы. Япония выступила на захват крохотного Мидуэя с невиданными для военно-морской истории силами. Флот адмирала Ямамото состоял из восьми авианосцев, де­сяти линкоров, двадцати одного крейсера, семидесяти миноносцев и пятнадцати крупных подводных лодок (не считая вспомогательных судов). На палубах авиа­носцев стояли 352 истребителя «Зеро» и 277 бомбар­дировщиков. Соединенные Штаты располагали лишь тремя авианосцами, восемью крейсерами, четырнадцатью эсмин­цами и двадцатью пятью подводными лодками - соотношение один к трем в пользу японцев. Неоценимым преимуществом американской стороны было знание военного кода японцев. В радиограммах японцев в качестве цели захвата фигурировало некое АФ. Адмирал Нимиц полагал, что речь идет о Мидуэе, а в Вашинг­тоне считали, что так обозначены Гавайские острова. Тогда Нимиц послал ложную телеграмму о том, что на Мидуэе вышла из строя станция дистилляции воды, и японские радиограммы отметили, что на АФ намечается нехватка пресной воды. Ситуация прояснилась и в результате основные американские силы были заранее брошены к Мидуэю.

Задача поднявшихся с авианосцев в воздух американских бомбардировщиков была ясна и опасна: либо авианосцы пойдут ко дну, либо США лишатся своих ударных сил на Тихом океане. Между 7 и 10 часами утра семьдесят восемь американских бом­бардировщиков на низкой высоте обрушились на те самые авианосцы, чья авиация осуществила налет на Пирл-Харбор. Результаты были плачевны - 48 само­летов рухнули в океан, не нанеся ощутимого урона японским кораблям. Но эти жертвы были не напрасны. Перегруженные самолетами и занятые подготовкой ко вто­рому налету на Мидуэй авианосцы адмирала Нагумо фактически позволили трем американским авианосцам - «Энтерпрайз», «Хорнет» и «Йорктаун» приблизиться к япон­скому флоту.

Японский адмирал полагал, что уже все самолеты противника задействованы в бою. Уверенный в окончании налета Нагумо приказал перевооружить свои бомбардировщики торпедами - против американских кораблей. Но он фатально ошибся. Когда на палубах японских авианосцев производилась громоздкая операция перевооружения са­молетов, в небе неожиданно появились семнадцать старых бомбардировщиков с «Йорктауна» и тридцать два с «Энтерпрайза». В течение шести минут японский

флот понес исключительные по значимости потери - были потоплены четыре ударных авианосца «Кага», «Акага», «Сорю» и «Хирю». В результате битвы у Мидуэя японский флот поте­рял половину своих авианосцев, 55 процентов своей авианосной ударной силы. (За все оставшееся время войны Япония сумела построить лишь еще пять авианос­цев.) Такого страшного удара императорская Япония еще не знала. Возможно, не менее важной для Японии была поте­ря на палубах тонущих кораблей почти половины авиа­ционных асов, показавших свою квалификацию в Ки­тае, над Пирл-Харбором, в Малайе и на Яве. Остановился тот безумный порыв, в ходе которого японцы между декабрем 1941 и июнем 1942 года овладели контролем над огромной зоной Восточной Азии. Была создана важнейшая предпосылка для мобилизации британских и американских сил.

Когда Рузвельт предложил рассмотреть возможность приложения крупных американских сил в пространстве между Тегераном и Александрией, возмущенный председатель объединенного комитета начальников штабов генерал Маршалл заявил, что “это такой уход от в сего, планировавшегося прежде, что от отказывается обсуждать новые планы, по крайней мере, в это время ночи”. Маршалл демонстративно покинул зал.