Говорить приходилось, перемешивая термины родины и местные, которые знал. Но Арвид, похоже, прекрасно понимал, тем более в местном языке многих понятий просто не существовало. Вот врачу и приходилось узнавать для себя многие новые слова: витамины, микроорганизмы, бактерии, вирусы, антисептики, антибиотики и тому подобные. Иной раз Володя замечал врача за столом, что-то записывающего к себе в тетрадь. Один раз мальчику даже удалось заглянуть ему через плечо, и он пришел к выводу, что врачи всех миров связаны какой-то незримой родственной связью: почерк Арвида ему не удалось разобрать так же, как он не разбирал почерки врачей дома. А ведь вроде уже неплохо выучил местный алфавит и читал не по слогам.
Когда Аливия пошла на поправку, у Володи появилось время подумать и о других проблемах, на которые раньше у него просто не было времени. Все чаще и чаще он отвечал невпопад на разные вопросы, порой подолгу сидел на крыльце, изучая облака.
— Аливия не сможет уехать, — заметил он однажды за столом. Все замолчали и удивленно посмотрели на него.
За время болезни Аливии он успел в доме купца стать почти своим. Даже его высокое положение как-то отошло на второй план.
Мальчик вышел из задумчивости и поморщился.
— Просто я, даже не зная о болезни Аливии, все равно пришел бы к вам. Собирался приехать в тот день, но вы помните, какая была буря… решил подождать, когда стихнет.
— А почему мы должны куда-то уехать? — поинтересовался Осторн. После произошедшего он стал куда терпимее относиться к странному князю, но настороженность не исчезла.
— Потому что есть опасность, что в скором времени город подвергнется атаке войск короля Эриха, — признался Володя.
В комнате воцарилась тишина.
— Это точно? — поинтересовался Руперт.
— К сожалению, да. Вы же помните, что в город вошли дополнительные силы и назначен новый командующий. Не просто же так это.
— Такие слухи ходят, — согласился Осторн, потом помолчал и вдруг признался: — Да и не слухи это. Из-за болезни дочери я пропустил несколько заседаний гильдии, но новый командующий собирал купцов, где и сообщил эту новость.
— Гм… А вы не в курсе, какие-то меры приняты?
— Какие меры? Честно говоря, не до этого было. Знаю только, что укрепляют стены, тренируют ополчение. Вроде бы все.
Володя задумался.
— Значит, моему совету Конрон все-таки не последовал, а времени все меньше и меньше… Придется еще раз с ним поговорить. Осторн, что слышно среди ваших? Никто город покидать не собирается?
— Вроде бы нет. С чего бы? — удивился тот. — Город защищен хорошо, сил в нем хватит, чтобы отбить наскок, а для серьезной осады у Эриха не хватит сил. Идти ведь войску далеко, если бы оно было большим, это сразу стало бы известно, и его величество направил бы сюда еще силы. В самом крайнем случае прислал бы гонца с сообщением. Раз этого нет, значит, мало что изменилось.
— Угу… понятно. Извините, уважаемый Арвид, но некоторое время я не смогу беседовать с вами на врачебную тему. Мне срочно надо кое-куда сходить… Так, с Аливией вроде бы все в порядке. Арвид, я вам оставлю антисептики, как делать перевязки, вы знаете. Два раза в сутки обязательно и не жалейте мази, её я тоже оставлю. Постараюсь долго не задерживаться, но кто знает, как получится. Филипп, ты едешь со мной, можешь понадобиться, приготовь коней… после обеда, а не сейчас, — удержал бравого вояку Володя, который уже бросился было к выходу. — В крайнем случае вернусь завтра к обеду. Так, ничего не забыл?… Вроде бы нет. В таком случае после обеда я вас покину и… Арвид, я надеюсь на тебя. Только прошу, никаких ваших средств для лечения выделения желчи.
Арвид нахмурился, но смолчал. Володя же понял, что в своем порыве раздачи инструкций немного увлекся и поспешил извиниться — ссориться с врачом ему совсем не хотелось, тем более, тот оказался действительно специалистом, а не зацикленным на своем учении. От нового тоже не отмахивался, а обдумывал и изучал. И если практика подтверждала правоту князя, а выздоравливающий от болезни, которая считалась смертельной, ребенок служил веским подтверждением правоты, то легко пересматривал взгляды. В общем, ничем не напоминал ограниченного средневекового человека, как Володя их представлял по книгам. Впрочем, любой врач — прежде всего ученый и уж ограниченным он быть точно не может, иначе просто не сможет заниматься своим делом. Конечно, врачи разные бывают, но раз уж этот Арвид пользуется репутацией лучшего… наверное не зря.
— Куда мы едем, ваша светлость? — поинтересовался Филипп, когда Володя забрался в седло того смирного конька, который в настоящее время служил ему боевым скакуном. Подбирая себе «транспорт», Володя трезво оценивал свои способности к верховой езде и несмотря на все тренировки дома, все же решил не рисковать и при покупке выбрал наиболее спокойное животное, обосновав выбор тем, что необходимо экономить деньги. Как транспорт в городе он подходил идеально, а в бой, где требовался специально подготовленный конь, Володя не рвался. Да и стоил такой конь столько, что мальчика, когда он узнал цену, жаба задавила на месте.
