– Василий Андреевич, клянусь, завтра в лепешку расшибусь, но приведу какого нужно, – зачастил Колосов. – Ей-ей, не вру!!!
– Хорошо, свободен, – махнул рукой Завадовский, вытащил из коробки сигару, откусил кончик и неторопливо прикурил…
– За что, начальник?! Отпусти! – взмолился Алексей, жалобно глядя на чугуннорылого здоровенного сержанта.
– Вставай и не вякай, – злобно ответил мент. – Я знаю, за что! Шагай, отребье!
Вопреки ожиданиям Рюмина сержант не повел его в привокзальное отделение, а вытолкал на улицу. Несмотря на август, было довольно свежо, и оголодавший, обессилевший Алексей затрясся в ознобе.
– Куда мы идем? – осмелился спросить он и вместо ответа получил болезненный удар резиновой дубинкой по спине.
– Погоди, сержант, не распускай руки, – вдруг услышал Рюмин спокойный, властный голос. Оглянувшись, он увидел спортивно сложенного мужчину лет тридцати с небольшим, направлявшегося в их сторону.
– Оставь парня, я его знаю, – продолжал неожиданный спаситель.
– Тогда другое дело, – на удивление быстро сдался сержант. – А я подозревал…
– Напрасно, – отрезал мужчина.
Спустя полчаса они сидели за столом в небольшой, но уютной квартирке незнакомца, который назвался Витей. Рюмин жадно поглощал пищу, урча, как дикий зверь, однако Витя делал вид, что не замечает подобного бескультурья, и лишь сочувственно покачивал головой.
– Теперь выпей за мое здоровье, – предложил он, заметив, что Алексей насытился и откинулся на спинку стула.
С этими словами Витя плеснул в рюмку из небольшой красивой бутылки.
Как мы помним, Рюмин почти не пил, но разве можно отказать выручившему тебя человеку в столь ерундовой просьбе? Алексей не задумываясь опрокинул в рот содержимое рюмки и мгновенно провалился в забытье, даже не успев осознать случившееся.
– Хороший экземпляр, широкоплечий! Шеф останется доволен, – удовлетворенно пробормотал «Витя», он же Николай Колосов, затем подошел к телефону, набрал номер и произнес в трубку короткую фразу: – Товар готов, высылайте транспорт…
Первым ощущением была жуткая головная боль. К ней присовокуплялись омерзительный привкус во рту, тошнота и боль в желудке. Глухо застонав, Алексей Рюмин разлепил глаза. Он лежал на деревянной кушетке в небольшой комнате с бетонным полом, неоштукатуренными кирпичными стенами и железной дверью. Под потолком горела тусклая электрическая лампочка. Память возвращалась с трудом, обрывками: вокзал… зал ожидания… Грубый милицейский рев над ухом, а потом… потом пустота!
«Загребли в ментуру, – вяло подумал Рюмин. – За что? А, какая разница! Ведь я бомж, бесправное создание! Может, мне хотят навесить одно из нераскрытых дел?» Он попытался сесть, но по затылку будто треснули тяжелым молотком. Виски сдавило тисками, в глазах потемнело. «Лучше пока полежу, – решил Алексей. – Дальше видно будет!»
Прошло некоторое время. Головная боль слегка утихла, и Рюмина сморил сон.
Алексей увидел себя в огромной помойной яме. Вокруг валялся дурно пахнущий мусор: кости, объедки, вонючие обрывки материи, скомканная грязная бумага и т. п. Алексей хотел встать, но, поскользнувшись, упал.
«Бомжара, вшивый бомжара!» – прозвучал в ушах злой гнусавый голос. Рюмин огляделся, однако никого не заметил.
Между тем голос продолжал измываться: «Никому-то ты, Леша, не нужен… не нужен… не нужен… Сдохнешь в этой яме, и никто не заметит! Людям на тебя глубоко плевать!»
«Но почему?!» – возопил Алексей, давясь рыданиями.
«По закону джунглей, – с сарказмом ответил невидимый мучитель. – Вот так-с!»
– А-а-а-а!!! – истошно завопил Рюмин и проснулся.
Он находился все в той же комнате-камере, только теперь не один. Рядом стояли двое мужчин в ярких спортивных костюмах, с резиновыми дубинками в руках.
– Оклемался наконец, – ухмыльнулся один из них, рыжеволосый, с низким обезьяньим лбом. – Вставай! Будем приводить тебя в порядок.
– Где я? Кто вы?! – хриплым шепотом спросил Алексей.
– Глохни, мразь, – процедил рыжеволосый. – Иначе ребра пересчитаем!
Решив не искушать судьбу, Рюмин поднялся с лежанки. Ноги заметно дрожали, тело налилось свинцом.
– Топай! – толкнул его концом дубинки второй мужчина, похожий на бритую гориллу.
Алексей послушно вышел в коридор, очень напоминающий тюремный: плиточный пол, окрашенные грязно-зеленой краской стены, тяжелые двери камер.
– Прямо! – приказал Рыжий.
Вскоре они оказались около небольшой железной лесенки, ведущей наверх. Поднявшись по ней, Рюмин очутился в просторном помещении с несколькими дверьми.
– Филиппыч! – крикнул кто-то из конвоиров. – Принимай очередного бомжару.
– Щас, – отозвался гулкий бас, и перед Алексеем появился его обладатель, на удивление плюгавый человечек в кожаном фартуке и с резиновыми перчатками на руках.
– Скидывай свои лохмотья! – распорядился он. Рюмин торопливо разделся.
– В душ, – пробасил Филиппыч, указывая на одну из дверей. – Мыло и бритвенный прибор найдешь там! Шевелись…
Стоя под упругой струей горячей воды, Алексей окончательно перестал понимать происходящее.
