– Женя, у твоего сына подростковый возраст. Во-первых, я очень хочу нашего ребёнка. Не станет ли старший сын ревновать тебя к малышу. Во-вторых, даст ли отец разрешение на его вывоз? Позвони его отцу и поинтересуйся, как он к этому отнесётся. Мы не можем говорить о том, чего не знаем. Одно я могу тебе обещать точно – просто так, я не отступлю. Оставим эту тему на время. Иди ко мне…
Телефон Клеменса зазвонил, когда тот был в душе. Звонила фрау Коль.
– Простите, Клеменс не может сейчас подойти, перезвоните позже, – сказала Евгения по-немецки.
– Женя? Ты знаешь наш язык? – удивилась мать Клима.
– Знаю. И хочу сказать Вам, если мне предлагают сделать выбор между малознакомым мужчиной, который хочет на мне жениться и родным сыном, я, не задумываясь, выберу сына. Вы и дальше опекайте своего ребёнка, а я, уже сегодня, возвращаюсь к своему. Прощайте. – Твоя мама звонила, – сказала она Клеменсу. – Клим, поговорим серьёзно. Ты любишь своих родителей, и зависим от семьи, а её спокойствие зависит от моего пребывания здесь. Не будем испытывать их терпение.
– Ты хочешь уехать? – спросил он, опускаясь в кресло.
– Да. Клим, у меня нет к тебе таких чувств, которые затмили мою любовь к сыну. Извини, – сказала Евгения, присаживаясь рядом с ним. – Я не могу принять твоё предложение, – добавила она, снимая кольцо с пальца.
– Чего-то подобного я боялся, – сказал он, и Евгения поняла, что он расстроен. – Как же я буду без тебя?
– А как я буду без него? Если я разбила твоё сердце, ты же не станешь вырывать моё? Женька – это главный мужчина в моей жизни, и ты должен меня понять. Я нужна ему, а он – мне. Прости.
– Когда ты хочешь уехать?
– Через час. Все рейсы самолётов рано утром и я сумею улететь до Ганновера. Навещу Полянских и вернусь домой.
– Ты хотела встретиться с Юлей.
– Я позвоню ей, она поймёт. Вызови мне такси, а я соберу вещи, – попросила Женя.
– Женя, мне очень жаль, что твоё пребывание здесь было столь коротким. Я чувствую себя виноватым и несчастным. Ты не можешь остаться, хотя бы на пару дней?
– Нет, Клим. Нам не стоило принимать с тобой необдуманных решений. Ты поторопился, а вот о чём думала я, даже не знаю. Мне было хорошо с тобой, но это закончилось и продолжения не будет. Ты знал, как я к тебе отношусь и большего не требовал. Прости меня. Мне не надо было прилетать, хотя, так я вернула тебе кольцо. Сейчас мы расстаёмся с тобой друзьями, а будет ли это через два-три дня, я не знаю. Ты справишься со своими чувствами. У тебя всё будет хорошо, – говорила Евгения, закрывая чемодан.
– Женя, возьми кольцо на память о нашем знакомстве. Не надо упрямиться. Я покупал его для тебя, – говорил Клеменс, надевая ей кольцо на палец. – Пусть будет на память о нашем таком коротком знакомстве, не обижай меня. Ты купила Жене презент из Мюнхена? Можно я буду тебе звонить? – обнимая её, спрашивал Клеменс.
– Куплю в другом городе. Всё наладится. Такси подъехало, – сказала она, обнимая Клеменса. – Прощай и звони.
Сев в такси, Евгения позвонила Юле.
– Юля, извини за поздний звонок. Я возвращаюсь домой. Свои ошибки нужно исправлять сразу, а не надеется, что всё как-то само собой разрешиться, – говорила она с грустью.
– Ты можешь объяснить толком, что случилось?
– Я не люблю Клеменса, а мне предлагают сделать выбор между ним и Женькой. Как ты думаешь, какой выбор я сделаю?
– Они ненормальные? – возмутилась подруга.
– Это я, подруга, не дружу с головой и думаю тем местом, на котором сижу, – ответила Евгения.
– Ну, хорошо, Женя. Приезжай к нам и улетишь завтра.
– Прости, Юля. У меня самолёт через час, – соврала Евгения. – Я в аэропорту. Позвоню из дому. Привет Алексу. – Евгения отключила телефон и задумалась: «Почему я такая глупая? Зачем было соглашаться на поездку. Даже если бы родители Клима и приняли меня с сыном, зачем обманывать его? Насколько бы меня хватило? Клим надеялся, что его любви хватит на двоих, а я дала ему эту надежду. Зачем вообще начинать жизнь с обмана? Кого я хотела обмануть его или себя? Стоп! Хватит, подруга, заниматься самобичеванием. Приехала, уехала – делов то. Сделала ему больно? Возможно, но не обманула. Он потратился? Не беда. Чем я не интердевочка, прилетевшая за тысячи километров? Он получил то, что желал. Дорого обошлась? А что сейчас дёшево? Денег я не просила, перелёт мне оплатили, как и унизительный обед, будь он неладен. Возможно, Клим и сам не рад, что затеял всё это, но пережить придётся. Три дня не две недели. Бабушка моему приезду обрадуется, но правду ей знать не нужно. Скажу о командировке в Мюнхен, побуду два-три дня и вернусь назад. Билет куплю заранее».
Евгения взяла билет на двадцать второе число. Рейс был прямой, но из Франкфурта. Девятнадцатого июня, ещё до обеда, Женя обнимала бабушку.
– Ты почему без Жени? – всплакнула бабушка.
– Бабуля, я не из дому, я из Мюнхена и на три дня всего, а сын в спортивном лагере.
– Значит, пока сын в лагере, ты в разъездах, – отнимая внучку, говорил Полянский.
