Незнакомец стоял на границе светового круга. Лиловый плащ, черные сапоги, длинные ноги, серебряную пряжку на ремне бриджей я рассмотрела хорошо. Поднялась взглядом по двойному ряду металлических пуговиц на кителе, задержалась на скрещенных руках на груди, отметила мощь взбугрившихся мышц. Поднялась дальше по смольно-черным волосам рассыпанным по плечам. Лица не разглядеть, оно в темноте, но ясно, что незнакомец пристально разглядывает меня с принцем. По напряженной позе легко прочитать — увиденное ему не нравится.
Мужчина сделал шаг вперед, давая мне рассмотреть себя в деталях. Резкие скулы, пронзительные черные глаза, мощный подбородок. Мне знакомо это лицо! Я видела его раньше, и тогда он тоже рассматривал меня с интересом и морщинкой между бровей, словно пытался вспомнить, откуда меня знает.
Лорд Бестерн!
Одновременно со мной принц поднял голову, проследил взгляд и возмущенно вскрикнул:
— Ну уж нет, Уильям! Ее я тебе не отдам!
Затем подхватил меня под локоть и потянул за собой. Я не сопротивлялась, наоборот, крепко прижалась к принцу и с готовностью последовала за ним. Не удержалась и обернулась, посмотреть на лорда, совсем как в первую нашу встречу на рынке. На сей раз лорд Бестерн не провожал меня тяжелым взглядом, а задумчиво смотрел на портрет, который недавно привлек мое внимание.
Интересно, покровитель эмбии Уилкокс запомнил меня, или просто следовал за принцем, и невольно стал свидетелем пикантной сцены? Я склонялась к первому, на незнакомок так не смотрят. Это взгляд охотника, настигшего жертву.
Энтони упомянул в прошлой беседе Уильяма, соученика по Академии, того самого, которому не подставил бы спину. То ли друг, то ли соперник. И вот Уильям вступил в игру, оказавшись известной мне личностью. Может, тяжелый взгляд лорда Бестерна следствие нездорового интереса к новой игрушке принца? В противостоянии двух влиятельных мужчин я выбрала сторону без колебаний — буду держаться от Уильяма Бестерна как можно дальше.
Выходит, хотя бы с двумя звеньями из цепи Энтони в Академии я была знакома — первого мы оставили позади в коридоре, а за упомянутым принцем именем «Мария» скорей всего скрывалась эмбия Мария Уилкокс.
В свете этого невольно всплывают вновь вопросы к первой ночи в этом мире. Случайно ли эмбия Уилкокс отправила меня во дворец или у нее был некий план?
Всевозможные догадки крутились в голове, но принц не дал мне додумать — мы влетели в его комнату. Диван уже был застелен белоснежной простыней, одеяло и подушка принца были отданы в мое распоряжение. Кровать принца являла собой развороченное побоище из смятых простынь и покрывала. На душе потеплело при виде того, что Энтони собственноручно, да еще и в пьяном виде позаботился о моем удобстве.
— Ты будешь спать у меня пока мы не подпишем контракт или не разорвем его ко всем чертям. Понятно? — зарычал он, прижимая меня к запертой двери.
Энтони тяжело дышал, в глазах плескалась неутоленная страсть. Я замерла в его объятьях, ничуть не испуганная грозным тоном. Не могла сдержать улыбки, почему-то этот застеленный диван показался мне ужасно трогательным и говорящим о намерениях принца больше всяких слов.
— Чертовка, — выдохнул он, отпуская меня.
Я подошла к столу, растирая запястья. Вчерашняя паровозо-телега выглядела почти законченной.
— Что это? — спросила я его.
Энтони со вздохом отбросил плащ, с облегчением откинулся на кровать.
— Да так, глупости. Пытаюсь воссоздать ваши самодвижущиеся аппараты с помощью алхимии. Пока безрезультатно.
Я мало разбиралась в механике, но тут сразу заметила неправильное соединение колес и подозвала принца. Он поначалу отмел мое замечание как несущественное, затем крепко задумался. Выставил свой аргумент, который я тут же оспорила, показывая, что поршень не присоединен к ведущему колесу.
Мы увлеченно дискутировали на повышенных тонах. Энтони разобрал свою чудо машину, чтобы продемонстрировать принцип ее действия изнутри и я показала, где на мой взгляд недостает детали.
Принц одарил меня долгим взглядом, в котором скользило восхищение. Дотронулся подушечками пальцев до щеки. В свете догорающего очага черты его лица заострились и он казался выточенной античной статуей. Я невольно потупила взгляд и покраснела.
Мне хотелось, чтобы он виде во мне личность, а не только миловидную внешность. Его одобрение отозвалось тягучей патокой внутри и я повернула голову вжаться лицом в его ладонь, словно кошка ищущая ласки.
— Идем спать, — тихо сказал принц. — Завтра опробую твое предложение.
Как много должно приключиться завтра! Мне захотелось рассказать Энтони о письме старшего брата, о человеке Ричарда, что будет ждать меня в полдень у западных ворот. Но я промолчала. Побоялась нарушить прямой приказ не посвящать Энтони. Глупо? Может быть, но если младший принц решит защитить меня, то сделает это сам, без намеков с моей стороны.
Принц самолично проследил, чтобы я улеглась в постель и трогательно укутал меня. Поцеловал в лоб, задержавшись дольше положенного.
— Скажи, — спросила я его перед тем как упасть в объятья сна. — Можно ли свести алхимией старый шрам?
