Я не могла довериться мужу, потому что он в любую минуту мог избавиться от меня. Так поступил Димка, как только увидел Лизку, так сделал Энтони, когда выдался шанс избавиться от любовницы. Я бесправна и все, чем обладаю — красивые платья, лаборатория, лучшие учителя — все это дано мне мужем и может испариться в любой момент.
Я снова останусь в одной смене одежды на улице.
Как говорилось в старинной притче о короле Артуре? «Чего желают женщины? Власти над мужчинами».
Нет, не власти, мы желаем чувствовать себя в безопасности. На ней можно возвести дом, крепкую семью, счастье.
— Расскажи, я слушаю.
Муж протянул мне руку, провел через дверь в стене в свои покои. Просторная комната в темно синих тонах с всплесками золота на витых шнурах гардин и на бахроме балдахина. Мы остановились на персидском ковре прямо посреди замысловатых узоров, образующих закрытый круг.
— Эта история произошла тридцать лет назад. Король Эдуард, узнал в одной из аристократок Богиню, застав ее над сотворением чуда. Он разыграл влюбленность, несмотря на то, что давно был женат, а Ричарду в ту пору было три. Богиня предпочла другого. Король в приступе ярости ударил ее ножом в самое сердце. Богиня упала наземь без признаков жизни. Ее похоронили как обычную смертную, и с тех пор династия продолжает правление, как ни в чем не бывало.
— Король убил Богиню? Она никогда не появится?
— Никто не знает, чего ожидать. Вернется ли она, будет ли помнить свою смерть, пожелает ли отомстить. Король давно сошел с ума, ожидая возмездия. Ричард по сути давно управляет страной.
В комнате воцарилось тяжелое молчание. После рассказанного Уильямом ощущение сказочности происходящего улетучилось. Тут, как и в моем мире в политике происходят мерзкие дела.
Мне стало страшно, по спине пробежал холодок, на глаза навернулись слезы. Отчаянно не хотелось ехать во дворец, прямо в пасть ко льву.
— Что случилось, Света? Почему ты плачешь?
— Я чувствую себя дичью среди хищников… Не понимаю, зачем я тебе понадобилась…
— Не бойся, со мной ты в безопасности. Я не оставлю тебя, чтобы не случилось.
— Но почему?
— Вижу, ты не оставишь меня в покое, пока не узнаешь правду.
Лорд Бестерн замолчал, на лице заиграли желваки, брови сомкнулись, посреди лба пролегла глубокая морщина.
— Зови свою горничную. Одевайся и идем за мной!
Я мигом вскочила, метнулась в свою комнату, пока муж не передумал. Дернула за ленточку колокольчика для вызова слуг и закружилась по комнате, в нетерпении заламывая руки. Чего я только не передумала! Роуз быстро впорхнула, будто дежурила у двери, и тут началось самое неприятное. Горничная никак не соглашалась выпустить меня из комнаты, пока не наведет полный марафет.
Платье надобно заново отгладить: помялось, лежа на кровати. Прическа растрепалась, макияж никто не отменял. Я шипела, а Роуз, извиняясь, шептала:
— Леди Уиндхем дежурит внизу. Никак не могу, леди, мне обязательно нужно вас собрать как следует.
Лорд Бестерн заглянул через несколько минут, застал меня в парадном облачении, молча переносящую пытку.
— Роуз спасибо, твои услуги сейчас не понадобятся.
Роуз вскинула широко распахнутые, умоляющие глаза оленя на мушке охотника, но возразить не решилась. Отступила в сторону, напоследок стараясь скрепить легкие и непослушные волосы рекордным количеством шпилек.
Коричневое платье в тон камзола лорда Бестерна идеально подчеркивало талию. Декольте обрамлял легкий кремовый тюль. Главным украшением наряда была тяжелая золотая цепь с искристым желтым топазом. Волосы тоже покрывала золотая сеточка с осколками бриллиантов. У госпожи Веллсбери и вправду отличный вкус, платье придумала она. Надо сказать, на мне оно смотрелось лучше, чем в шкафу.
Лорд Бестерн протянул локоть и я послушно оперлась на руку мужа.
Мы прошли по коридору, спустились по парадной лестнице, свернули в гостиницу, через нее в библиотеку, музыкальную комнату… Сердце забилось сильнее, я, кажется, догадалась, куда меня ведет муж.
В мастерскую Пруденс! Теперь понятно, отчего сиделка старалась не пускать туда. Догадка оказалась верной — сестра мужа напророчила нечто про меня…
У входа в мастерскую муж галантно придержал дверь, пропуская меня вперед.
Через высокие окна мастерскую заливал прозрачный свет осеннего солнца. В косых лучах танцевали пылинки. На мольберте сушился холст, изображающий сцену охоты на шипастое зеленое чудовище, встреченное мною в лабиринте — бигаста. Свинокрокодил щерил зубастую пасть, конный всадник метил в него копьем, за деревьями трубил в рог егерь и гарцевали люди в красочных одеждах, более подходящих средневековью.
Лорд Бестерн, задумчиво потирая подбородок, встал напротив картины и долго ее рассматривал не говоря ни слова. Затем произнес:
— Королевская охота на бигаста, перед самым приходом зимы. Мы вскоре получим приглашение.
— Значит, Пруденс и вправду рисует будущее. Покажи и мой портрет!
Муж резко обернулся со смесью облегчения и уважения во взгляде.
