Леди Уиндхем изящно подобрала складки платья, накинула меховое манто и почтительно встала в стороне, ожидая, когда мы будем готовы выйти. Горничная держала мое светло-серое манто из пушистого меха на весу. Лорд Бестерн отобрал его и помог мне облачиться. Есть что-то интимное и домашнее в том, как мужчина заботливо накидывает на плечи теплую одежду.
Мне кажется, или я не могу отвести глаз от собственного мужа? И думаю, в самых закоулках души, как несказанно повезло?
У ворот гостей ждала вереница карет. Как я поняла, кареты были расставлены по важности пассажиров, а нас провели к одной из первых. Мы выехали раньше остальных, следовательно карета катилась по улицам города, не останавливаясь в пробке, мы смогли подъехать к самым воротам высоченного собора.
Снежно белый, с декоративными башенками, ажурными украшениями и бесчисленными мраморными статуями, собор выглядел как трехслойный торт руки призового кондитера. Витражные окна казались цветными карамельками, раскрытые крылья ангелов — венчиками крема. Красный ковер на ступенях, широко раскрытые ворота, у входа священнослужители в белых с золотым сутанах.
Первыми шли мы под руку с мужем. За нами Корделия, Пруденс и леди Уиндхем. Молодой мальчик с блондинистыми кудрями, похожий на ангелочка, провел нас до места, в первых рядах. Я расположилась на своем месте и принялась вволю рассматривать прекрасные картины на стенах, высокий арочный потолок, мраморные колонны, увитые белыми розами. В помещении было неожиданно холодно, я укуталась получше в меховую накидку, посмотрела прямо вперед… и… Наткнулась взглядом прямо на затылок принца Энтони, сидящего в первом ряду.
Я медленно выдохнула и искоса посмотрела в сторону мужа. Он внимательно наблюдал за моей реакцией, поэтому я взяла его ладонь в белой перчатке в мою и ободряюще сжала. Черты лица лорда Бестерна смягчились, но плечи так же оставались напряженными и я поняла, что муж страшится моей встречи с принцем Энтони не меньше, чем я сама.
Огромный зал наполнили глубокие звуки органа, игралась задушевная мелодия, призванная настроить гостей на романтичный лад. Постепенно стулья позади нас заполнялись, ко звукам музыки присоединился гул человеческих голосов. Сердце глубоко и часто билось и я судорожно держалась за руку мужа, в сердцах молясь, чтобы Энтони не повернулся.
Молитвы услышаны не были. Принц взмахнул каштановыми волосами до плеч, развернулся посмотреть на гостей и встретился прямо с моими широко распахнутыми глазами. Сперва мне показалось, что он не узнал меня — мазнул мужским взглядом с нотками одобрения по личику, спустился по белоснежной коже шеи до глубокого выреза, подчеркнутого черным кружевом, продолжил дальше, на ряд позади меня. Я мигом опустила глаза и плотно сжала губы, но тут почувствовала на себе жгучее внимание принца. Вспомнил.
Щеки залил румянец, в ушах зашумело. Муж накрыл мою ладонь второй рукой.
— Добрый вечер, ваше высочество, — хрипло произнес лорд Бестерн. — Поздравляю со свадьбой.
— Добрый вечер, лорд Бестерн. Спасибо за поздравления. Искренне рад, что вы приехали с семьей. Надеюсь, все в добром здравии?
Вежливые слова принца отдавались звоном колокола в ушах. Я сделала над собой усилие и подняла взгляд. Со страхами необходимо встречаться лицом к лицу. Мне важно понять, смогу ли я выдержать безразличие Энтони к бывшей игрушке, сметет ли меня неотвратимая волна чувств?
Энтони похудел, скулы заострились, кожа стала бледней. Он высоко держал голову и стройно спину, но я-то умела читать на его лице истинное настроение. Принц тосковал, его грызло беспокойство и тревога. За время моего отсутствия во дворце произошло нечто очень плохое. Встреча со мной отнюдь не обрадовала Энтони. Он не вернул мой прямой взгляд, а, выслушав ответ мужа, отвернулся обратно.
Да, шквал страсти меня миновал, видимо чары лорда Бестерна оказались сильней. Но почему так колет под сердцем, и хочется узнать, что за черный рок висит над принцем? Неужели он так печалится от предстоящей свадьбы?
Принц Энтони резко встал со своего места и удалился. Это связано со мной или…?
— Королевская свадьба начинается перед заходом солнца, заканчивается после него. Таким образом супруги в первый раз вступают под покров ночи, связанные узами брака, — объяснил Уильям. — Опоздать с церемонией считается плохим знаком, а сегодня времени осталось совсем не много.
Я заметила, как впереди напротив алтаря встали два архиепископа в золотых сутанах и высоких шляпах, похожих на разрезанный сверху бутон. Скромно скрестили руки на необъятных животах.
Шепот гостей усилился, а затем резко утих. По красному ковру прошествовал король при полном парадном облачении. Я вздрогнула, так как мантия, скипетр и держава выглядели точно, как на картине Пруденс со мною в главной роли. Рядом с королем шествовала королева, женщина в летах, тусклая, серая, обвешанная бриллиантами, словно из нее вытянули все краски и решили скрыть недостаток блеском драгоценностей. Король и королева заняли места в первом ряду.
