Не может быть, чтобы Сталин не читал материалов служебного расследования, где сказано: «Исходя из указанных причин гибели эсминца «Решительный», считаем прямыми и главными виновниками являются командующий флотом флагман 2-го ранга Кузнецов и командир 7-й морбригады капитан 3-го ранга Горшков». На заседании в Кремле Кузнецов заявил, что Горшков проявил мужество в обстоятельствах форс-мажора. Но Сталин закрыл глаза на ложь своего протеже. Адмирала Филиппа Октябрьского, который руководил расследованием катастрофы в Татарском проливе, Кузнецов будет притеснять до последних дней своего руководства советским флотом.
Кузнецов возглавил Наркомат ВМФ в возрасте 34 лет. Принимать дела ему было не у кого. Флагман 2-го ранга вошел в пустой кабинет арестованного наркома Фриновского, в котором все было перевернуто во время обыска. Ни один из предшественников Кузнецова не избежал репрессий. «Резкий подъем, как у водолаза, всегда опасный и связанный с большой нагрузкой, совершился не по моей воле», — Кузнецов писал об этом с различимой нотой оправдания.
…«Дело четырех адмиралов» 1948 г. у нас принято выделять кавычками, и оно подается неизменно в сострадательной интонации, причем подлинные обстоятельства обходет. Между тем, НКВД поставило квартиру Кузнецова в Москве на «прослушку» еще в 1944 г. И квартиру Жукова тоже. Других военачальников не слушали. Но Кузнецов повинился, а Жуков нет, утверждал в своих мемуарах генерал Судоплатов. В чем же было виниться наркомвоенмору?
Гор. Москва, 1948 г., января 29 дня. Военный следователь по особо важным делам при главном военном прокуроре СССР полковник юстиции ДОЛИЦКИЙ, рассмотрев настоящее дело,
НАШЕЛ:
Бывший народный комиссар Военно-морского флота адмирал флота КУЗНЕЦОВ Николай Герасимович достаточно изобличается в том, что в 1943–1944 гг., вопреки своему служебному долгу, неоднократно превышая свою власть, самовольно, без ведома и санкции советского правительства, разрешал передавать американской и английской военным миссиям материалы о вооружении Военно-морского флота, составляющие государственную тайну, а именно:
а) в феврале 1943 г. разрешил выдать английской военной миссии описания и чертежи секретной 130-мм дистанционной гранаты, не обеспечив изъятие из чертежей секретных данных, раскрывающих принципы конструирования боеприпасов ВМС с конкретными тактико-техническими данными;
б) в марте 1944 г. разрешил выдать той же миссии описание и чертежи высотной авиационной торпеды 45—36АВА, а в октябре 1944 г. разрешил передать той же миссии и самый образец указанной торпеды в полном комплекте, чем было передано не только оружие, составляющее государственную тайну, но и приоритет Союза ССР в области высотного торпедометання;
в) в конце 1944 г. разрешил допустить на захваченную ВМФ немецкую подводную лодку для ее осмотра представителей английской военной миссии, в результате чего последние ознакомились с акустической торпедой и затем добились получения подробного описания этой торпеды;
г) во весь период 1943–1944 гг., слепо доверяя своим подчиненным адмиралам АЛАФУЗОВУ, ГАЛЛЕРУ и СТЕПАНОВУ, не вникал в дело и по-государственному не подходил к решению вопроса о передаче иностранным военным миссиям информации о предметах вооружения, способствуя тем самым внедрению в аппарат НКВМФ антигосударственной практики благодушия и низкопоклонства перед иностранщиной, в результате чего вышеназванными адмиралами переданы были американской и английской военным миссиям описания и альбомы чертежей ряда образцов артиллерийских систем, чем раскрыты были тактико-технические данные артиллерии среднего калибра, принятой и состоящей на вооружении наших кораблей и береговой обороны, а также переданы были американской военной миссии секретные морские карты, в числе которых была карта западного побережья Камчатки.
На документе помета: «Читал, все поправки изложены в моих показаниях. 29.1.48. Кузнецов».
После кончины Сталина приговор Военной коллегии Верховного суда СССР от 3 февраля 1948 г. был отменен полностью. Осуждение адмиралов было признано незаконным. Но значит ли это, что они ничего не совершили?
«11 мая 1953 г. Совершенно секретно.
(…) Ознакомившись с протестом Председателя Верховного Суда СССР, внесенным им в Пленум Верховного суда СССР, Пленум находит, что протест подлежит удовлетворению по следующим основаниям:
…На следствии и в судебном заседании осужденные не отрицали имевших место с их стороны упущений по службе. При изложенных обстоятельствах действия осужденных не составляют уголовного преступления и осуждены они неправильно, так как эти действия могли быть предметом рассмотрения в дисциплинарном порядке…»
Чтобы разобраться в этом весьма щекотливом вопросе, не лишне заглянуть в Уголовный кодекс РСФСР. Итак, статья 193—17:
