— Помолчи! — оборвал вдруг маг, и пальцы его сжались сильнее. Альвет задумчиво смотрел на нас.
— Ты собиралась замуж за моего брата, — проговорил он, наконец. — И перстня оказалось достаточно, чтобы поверить, будто он способен убить меня.
— А вам оказалось достаточно упоминания о матери, чтобы поверить, будто она способна убить его, — эхом отозвалась я. На лице Альвета появилась кривая усмешка.
— Значит, моя мать…
— Тоже все помнит, — сказала я.
— Да молчи же ты! — рявкнул Верс, встряхнув меня за плечи.
— Она приказала тебе признаться в том, что ты участвуешь в заговоре! — упрямо продолжала я, не пытаясь оглянуться.
— И где доказательства?!
— Вот как… — с пугающим спокойствием проговорил Альвет. Вроде негромко, но мы оба замолчали. Король о чем-то раздумывал.
— Ваше величество, — позвал обеспокоенный Ривен, но не получил даже намека на, кажется, не был услышан, хоть стоял совсем рядом. — Альвет!
Ледяная защита рухнула, разлетелась на осколки, закружившиеся вокруг нас. Я зажмурилась, а потом почувствовала, как Верс прижимает меня к себе.
— Останови его! — крикнул он кому-то.
Когда я открыла глаза, в лечебнице уже не было никого, кроме нас двоих.
Верс пошатнулся, тяжело навалившись на меня. Теперь уже не было понятно, кто кого держит.
— Он должен знать, — прошептала я.
— И что он будет с этим делать? — отозвался Верс, шагнул было к выходу, но в дверях появилась стража, напоминая о том, что маг в тюрьме все еще не свободен.
По счастью, Верса не пытались вернуть в камеру, про нас вообще будто забыли. Даже целитель больше не заглядывал. Мы молчали, и я пыталась понять, о чем думает Верс. Чувствовал ли он только беспокойство за Альвета (маг, кажется, первое время прислушивался к происходящему в коридоре) или облегчение из-за того, что больше не придется скрываться — тоже. А может, его по-прежнему сжигала изнутри злость…
Довольно скоро вернулся Кайлен и отослал стражу в коридор. Он окинул нас задумчивым взглядом, в котором, как мне показалось, мелькнула настороженность. Возможно, граф желал спросить о Лаверне, но сдержался. Вместо этого уточнил у Верса:
— Целитель еще нужен?
Маг дернул плечом, покосился на меня. И что бы это значило? Он тут только мне доверяет? Или если что — так и быть, согласен на помощь недоучки?
— Король приказал вам оставаться здесь, — сообщил Кайлен. Верс только усмехнулся. Я подумала, что, наверное, королевская тюрьма для магов — действительно не такое уж плохое укрытие. А Версу сейчас именно укрытие и требуется. Еще я подумала, что, если бы Альвет желал просто продлить заключение Верса, он бы не стал вуалировать свое желание.
Но все равно было не по себе.
Кайлен уселся на одну из коек.
— Зачем вообще нужно было это признание? — спросил он. Верс продолжал молчать, глядя в сторону. Поэтому я высказала собственные предположения:
— Это всего лишь дополнительное условие. Чтобы его величество не усомнился в причинах смерти Верса. Обличить его перед королем было нельзя, потому что тогда сработала бы метка Митили.
— А так — все приказы за спиной Альвета отдавал Ривен, — задумчиво проговорил Кайлен. — Понятно, казнить тебя без королевского приказа он все равно не мог. Выходит, суть в том, чтобы до казни не дошло. Не слишком ли сложно?
Я обхватила себя за плечи. Да уж. Несправедливое обвинение и последовавшие пытки… не самый легкий способ избавиться от Верса… такое мог придумать лишь человек, который очень хотел, чтобы маг страдал.
Не получалось у меня думать о Версе как о Сельване. Дело было не в личине. Просто пропавший король так и остался для меня незнакомцем. А Верса Плантаго я узнала слишком хорошо, чтобы поверить, будто он не существует.
— Кайлен, — позвала я. — Советник Ривен… вы доверяете ему? После всего… он ведь остался с королем.
Граф Бран иронично заметил:
— Ну, Альвету-то он не угрожает.
Я вынуждена была согласиться. Если советник поддерживает королеву, он действует в интересах Альвета.
— Ривен потрясен, — заметил Кайлен и, словно уловив мои мысли, добавил: — Сложно представить, чтобы он выступил против Сельвана… Что же до Плантаго… Ривен считал, что защищает Альвета. Мы все обманулись, Регина. И если бы не твоя помощь, возможно, Сельван никогда не нашелся бы.
Кайлен взглянул на Верса, который с хмурым видом разглядывал стену, начисто игнорируя наше присутствие. Граф Бран печально улыбнулся.
— А знаешь, Ривен сказал, что он так делал в детстве. Отворачивался и ни с кем не разговаривал, если не хотел признавать чью-то правоту. Прежде Плантаго не выдавал себя. А в твоем присутствии он ведет себя иначе… Возможно, именно это Ривена и настораживало. Он чувствовал игру, но не мог понять, в чем дело и полагал, что Верс плетет интриги.
Плантаго бросил на Кайлена косой взгляд. Мне кажется, Кайлен и говорил-то больше для него, чем пытался объяснить мне что-то…
— Если бы не это признание, он мог бы дурачить нас и дальше… по крайней мере, какое-то время. Убийство Зарена было уж очень подозрительным. Надо думать, пришлось поспешить. Да и твоя история настораживала.
Теперь граф смотрел на меня в упор.
