— Ну разумеется! — с гордостью подтвердил Лукин. — Мы не лаптем щи хлебаем! Какие меры хотите предпринять? Отмассируем ему печень, почки и селезенку? Кулаком. В какой-нибудь подворотне? А?
— Я хотел его вообще прикопать. Оказывается, он еще к моей жене приставал, когда она училась в медицинском институте! Представляете! — раздраженно произнес его шеф.
— Он приставал к Екатерине Викторовне? — искренне удивился Лукин. — И до сих пор живой?
— Да я об этом только сегодня узнал, — вздохнул отец Сергея, — она его сама отделала коленом по мошонке и ладонями по ушам, а мне не сказала именно потому, что не хотела второй истории с Принцем!
— Ваша супруга всегда была очень мудрой, даже в юности! — с искренним восхищением ответил Лукин. — Но если не физические меры воспитания, тогда что?
— Георгий Петрович, собери мне всю информацию об этом старом козле. Почему он до сих пор не наказан? Кто за ним стоит и кто его покрывает? Уверен, что у него в прошлом такие скелеты в шкафу, что если мы их раскопаем и вытащим наружу, ему будет конец и без мер физического насилия!
— Понял, работаем по протоколу «
— Как Вы сказали? «
— Уточняю. Собираем материал по Светлане Рябининой и Чубатому Анатолию Борисовичу?
— Именно так!
— Последний вопрос. Когда нужны материалы? Я так предполагаю, что уже вчера? — пошутил генерал.
— Мы в субботу встречаемся на обеде у нас. Хотелось бы к этому времени уже их иметь на руках.
— Скажу прямо. Официальную информацию мы к этому времени соберем. А вот самое «вкусное», то, чего нет в официозе, может потребовать больше времени.
— Я полностью полагаюсь на Вас, Георгий Петрович!
— Ну что же, начинаем охоту. Я скучаю, шеф, по тем временам, когда мы ловили маньяков. Вот когда была настоящая работа!
— Согласен. Но уж больно морально-психологически тяжелая. Как мы были тогда молоды, — с нескрываемой ностальгией вздохнул отец Сергея.
— Разрешите исполнять? — закончил беседу Лукин.
— Исполняйте! Жду от Вас известий, до свидания, — и Александр Сергеевич отключил телефон. Его жена, которая внимательно слушала весь разговор, предупреждающе воскликнула:
— Сашенька! Даже не вздумай!
— Ты о чем, родная?
— Сам знаешь о чем! Заскучал от спокойной жизни говоришь? Снова на приключения потянуло?
— Катёнок, — улыбнулся ее муж, обняв и поцеловав свою жену, столь же прекрасную и желанную как и во времена их далекой юности.
— Саша, я с тобой живу уже больше тридцати лет, а знаю тебя больше сорока! И знаю тебя как облупленного. Даже не думай возвращаться к этим делам с маньяками! Ты забыл, чем закончилось ваше последнее дело? Я тогда чуть сама не умерла. Ты уже три раза возвращался с того света! Четвертого раза может и не быть! А как я буду жить без тебя? — взволновано произнесла она, в ответ обнимая его.
— Не переживай, родная, не собираюсь я разбираться больше с маньяками. И огорчать этим тебя тоже не собираюсь.
— Вот и правильно, вот и молодец. Идем пить чай.
На следующий день, на занятиях в медицинском институте, Света держалась со всеми — включая Сергея — также отстранённо, как и раньше. Юноша, в свою очередь, отнес подобное поведение к ее нежеланию публично афишировать их отношения. Но когда он ее провожал, всю дорогу до дома она тоже напряженно молчала, словно не замечая его рядом и что-то сосредоточенно обдумывая. Когда они вышли из станции метро, Сергей не сдержался и попытался взять ее за руку. Света мягко, но решительно, пресекла эту попытку, ввергая Сергея в полное недоумение.
«Что с ней сегодня такое? Настроения нет? — размышлял про себя парень анализируя произошедшие накануне события. — Вчера мы обнимались и даже целовались, а сегодня она совершенно чужая. Что могло произойти за ночь? Странно. Очень странно».
Они остановились возле ее подъезда. Света собралась с мыслями и, развернувшись лицом в своему провожатому, решительно заявила:
— Сережа, нам нужно серьезно поговорить.
— Конечно, Синеглазка, я готов.
— Не называй меня так! — ее голос сорвался на крик, но она тут же добавила более спокойно: — Пожалуйста, не называй меня больше так.
— Да что такого случилось-то? — недоумевал Сергей. — Я тебя чем-то обидел? Сделал что-то не так? Так ты скажи, не держи все это в себе.
— Я скажу, скажу… — она суетливо теребила пальцы. — Сейчас. Не торопи меня, — прошло еще несколько волнительных минут прежде чем она решилась и, посмотрев в упор на Сергея, произнесла: — Ответь, Сережа, я давала тебе повод думать, что ты мне нравишься? Кокетничала с тобой? Заигрывала? Строила глазки?
— Да нет, — протянул Сергей на выдохе, — никогда.
— Хорошо, что ты это признаешь, — удовлетворенно произнесла девушка, — теперь дальше. Я просила тебя мне помогать? Вытаскивать меня из кабинета профессора, привлекать к помощи твою семью.
— Нет, это я сам предложил, — нахмурился юноша, которому все больше и больше не нравился этот разговор.
— Хорошо! Сережа, а теперь самое главное, — она замолчала собираясь с духом.
