Вот, например, извлечение из договора с Турцией, подписанного 3 июля 1700 г.: «А понеже государство московское самовластное и свободное государство есть, дача которая по сие время погодно давана была крымским ханам и крымским татарам, или прошлая или ныне впредь да не будет должна вот его священного царского величества московского даваться…»[420]. Далее в статье 12 настоящего договора указывается: «Московского народа мирянам и инокам иметь вольное употребление ходит во святой град Иерусалим…»[421].
Приведем еще отрывок из первой московской газеты «Ведомости в военных и иных делах, достойных знания и памяти, случившихся в Московском государстве и в иных окрестных странах», где в первом номере за январь 1703 г. сообщается: «Из Котлы пишут. На реке Сожа нашли много нефти и медной руды, из той руды медь выплавили изрядну, отчего чают немалую быть прибыль Московскому государству»[422].
Для всей Европы, от Литовско-Русского государства, Польши вплоть до Англии, для стран Востока, турок и арабов, существовало только одно официальное название: Московское княжество (царство), Московия или просто Москва. Цитированная уже нами историческая энциклопедия вынуждена признать: «Соседи называли страну Московией»[423]. Ее жителей называли московитами, московитянами или москалями, и, как увидим дальше, это название — Московщина, Московия (с соответственно производными терминами) — было единственно оправданным традиционным научным названием.
Здесь надо упомянуть, что пропагандистское шумное празднование нынешней Российской православной церковью 1000-летия принятия христианства на Руси в Москве, которая в 988 г. даже по названию еще не существовала, заставило украинских церковных иерархов выступить с заявлением, где, в частности, говорится об употреблении этнонима «Русь» во времена Московии.
«Московское княжество (позднее империя) выходит на арену Восточной Европы только в XVI веке. Это молодое государство было известно как Московия, а ее жители московиты-москали, это истинные предки сегодняшней России, и они создали реальную базу более позднего российского государства. Расово с превалирующей угро-финской и в частности монгольской примесью крови и влиянием Москва развилась в могущественный фактор и выдвинула претензии на гегемонию в Восточной Европе, выступив как наследник давнего Украинско-Киевского государства.
Государство присвоило себе в измененной форме прежнее народное название украинцев: Русь, и не только на основании этого изменения названия, или лучше грабежа, Москве удалось исторически обосновать свое могущественное положение. Сильно содействовала этому еще распропагандированная несуществующая „близость“ всех „русских“: Великорусов, Малороссов и Белорусов. В действительности, однако, речь идет здесь о разных народах: украинский, белорусский и московский»[424].
В конце XV ст. после разгрома Тамерланом Золотой Орды на историческую арену выходит новое государственное образование — московское. Эти события российская историография подает в умышленно искаженном виде. «Иногда эзоповский язык становится настолько темным, его ее истинные мысли невозможно понять. Так, большинство консерваторов постоянно писало о Куликовской битве (1380 г.) как о поворотном пункте российской истории. На Куликовом поле московский князь Дмитрий Донской разбил татарское войско; однако те, кто изучал российскую историю, знают, что битва совсем не была решающей. Татары вернулись, осквернили Москву и удерживали русские княжества под своей властью еще свыше ста лет»[425]. После битвы на Куликовом поле Москва через два года была дотла разгромлена и сожжена ордынским ханом Тохтамышем. Раздувать миф о решающей Куликовской битве нужно для того, чтобы затмить значение другой решающей битвы с татарами, которая состоялась на 18 лет раньше Куликовской, а именно битвы под предводительством литовского князя Ольгерда на Синих Водах 1362 г., которая освободила территорию современной Украины от татар.
Почти трехсотлетнее татарское «иго» наложило, очевидно, значительный отпечаток на новообразовавшуюся Московию. «И в глазах россиян, и в глазах татар царь Московский был законным наследником Золотой Орды, главой бывшего Северо-восточного улуса, причем с распадом империи Чингисхана он один мог претендовать и на его наследство»[426]. Российский исследователь князь Трубецкой категорически подчеркивает: «Московское государство возникло благодаря татарскому игу. Российский царь был наследником монгольского хана. „Свержение татарского ига“ свелось к замене татарского хана православным царем и к перенесению ханской ставки в Москву. Даже значительный процент бояр и других служилых людей московского царя состояли из представителей татарской знати. Российская государственность… происходила от татарской, и едва ли правы те историки, которые закрывают глаза на это обстоятельство или стараются преуменьшить его значение»[427].
