Выйдя на улицу, она посмотрела на его сияющее лицо, и оба рассмеялись.
— Никита! Ты меня обманул.
— А как я мог еще поступить? Хотел сделать подарок. И если бы сказал правду, ты бы даже не зашла в этот магазин.
— Я буду хранить это кольцо, спасибо.
Оле было приятно, что Никита не постеснялся и встал перед ней на колени. «Женя бы так никогда не сделал», — отметила она. По пути они зашли в кафе, выпили по чашке кофе, съели мороженое и так гуляли весь день. На такси подъехали вечером к санаторию.
— Никита, кажется, мы опоздали на ужин.
— Отлично! Значит, идем в ресторан.
— Прощальный ужин?
— Да.
— Идем переодеваться?
— Естественно. Ужин же прощальный.
Они встретились в фойе. Никита выглядел элегантно. Оля не видела его в такой одежде. Шикарный костюм, белоснежная рубашка, бабочка вместо галстука — все сидело на нем безупречно. А Оля вытащила из шкафа красное вечернее платье, и когда появилась перед Никитой, он с нескрываемым восхищением произнес:
— Ты — королева!
Оля действительно прекрасно выглядела. Волнистые волосы падали на обнаженную спину, платье подчеркивало великолепную фигуру, туфли на высоком каблуке удлиняли ноги. Все было настолько гармонично, что Никита не мог оторвать от нее глаз.
Они вошли в зал ресторана. Он взял ее за локоток и подвел к столику, выдвинув стул. Она плавно опустилась на него. Официант ждал заказа и не заметил, как загляделся на Олю.
— Уважаемый, я к вам обращаюсь, — отвлек его Никита.
— Извините.
Записав заказ, он скрылся. У них был столик на двоих, который отделялся от других перегородками, украшенными в стиле ретро. Играл саксофон. Пока готовили заказ, Никита решил пригласить Олю на танец. Прижав ее к себе, он не мог представить, что завтра они не увидятся. Ему казалось, что их сердца стучат в унисон. Оля смотрела на него и молчала. Они как будто разговаривали глазами и все понимали.
— Оленька, пообещай, что иногда будешь звонить мне.
— Обещаю.
Он еще крепче прижал ее к себе и не отпускал, пока не закончилась музыка.
После вечера, проведенного в ресторане, они гуляли по аллеям парка. Ранним утром, в начале пятого, они расстались. Никита даже не пытался склонить ее к близости, хотя она была такая желанная, и тело его трепетало при объятиях и поцелуях. Он чувствовал, что она еще не готова к страстной близости, а если он проявит настойчивость, то может навсегда потерять ее. В его жизни были женщины, с ними все было предельно ясно. Оля же стала для него бриллиантом, которым он готов любоваться и дорожить, чтобы не потерять.
Услышав звонок в дверь, Евгений тут же подошел открывать. Надя чмокнула его в щеку, сняла куртку и повесила на крючок в прихожей.
— Ну что, дорогой, приуныл? — с иронией произнесла она. — Завтра встречаем твою женушку?
— Почему встречаем? — изумился Женя.
— Да потому, что встречать поеду я! — твердо сказала Надя, усаживаясь в кресло.
— Как ты? — опешил Евгений.
— Ты у нас человек занятой, встретить не можешь. Попросил меня. А я женщина проницательная, определю ее настроение, проанализирую и вручу тебе в полной сохранности. Ты же с этого момента будешь действовать по моим указаниям, чтобы не наделать ошибок, дорогой.
Она с улыбкой посмотрела на него, подошла, нежно провела по волосам и поцеловала.
— Надя, ты что? Я должен сам встретить ее! — попытался возразить Евгений. — Только обострю отношения.
— Не беспокойся, все будет по моему сценарию. Ты не пожалеешь. Ночь проведешь в прекрасном настроении.
— Послушай, Наденька, в свой сценарий ты меня не посвящала, к тому же у меня изменились обстоятельства, о которых ты пока не знаешь.
— А что произошло за эти три дня? Чего я не знаю? — встревожилась она.
Евгений молчал.
— Выкладывай, а то я вижу, что ты какой-то озабоченный. Три дня меня не видел, думала, со скуки умираешь, а у него обстоятельства появились за это время.
— Ты же знаешь, у меня бизнес. Обстоятельства могут быть разные.
— Рассказывай.
Евгений не знал, с чего начать, но интуитивно понимал, что, кроме нее, ему не с кем поделиться последними событиями. Держать все в себе он тоже больше не мог. По характеру был труслив и слаб. В последнее время никому не доверял, считал всех предателями, и у него появился леденящий страх, который сковывал тело. Учащенно билось сердце, и мучила бессонница. За эти три дня он окончательно решил рассказать все Надежде, считая, что вдвоем будет легче. Выложив все, что его мучило, он облегченно вздохнул и спросил:
— Наденька, что делать?
