— Неплохо, — прохрипел Юсуф, разглядев девушку. — Даже очень неплохо! Я слышал, будто обычай наряжать женщин в мужское платье зародился во дворце халифа. Таким образом правители поддерживали угасающее желание и возрождали былые чувства. Ты права, зачем прятать красивое лицо и соблазнительное тело под покрывалом! Думаю, многие заплатят за такое большие деньги, ведь девушку-юношу можно использовать по-разному…
Эсма похолодела от сковавшего ее ужаса. Где же Таир? Она знала, что не сможет справиться с этим человеком и убежать. Чужая, властная, беспощадная сила лишила ее воли, заморозила сердце, заперла уста.
— Сначала я сам должен попробовать, должен узнать, что это такое, — пробормотал Юсуф, сделал шаг и протянул руку.
Девушка поползла вглубь хижины. Мужчина двинулся за ней. Она судорожно шарила по полу, по тряпкам. Нож. Где-то же должен быть нож?!
— Остановись, Юсуф!
Услышав голос Таира, Эсма на мгновение облегченно закрыла глаза и прислонилась спиной к стене хижины.
Юсуф обернулся.
— Почему я должен останавливаться?
— Потому что эта женщина не принадлежит нашему миру, и она не твоя.
— Вот как? — Юсуф осклабился, показав огромные желтые зубы. — Если ее должны были казнить за неверность, ей самое место здесь. А если ее место здесь, значит, она моя. И посему выходит, что она должна работать на меня, как и все остальные.
— Не трогай ее, прошу. Я обещаю приносить плату за двоих, — подавленно прошептал юноша.
Что-то оборвалось в груди у Эсмы, глаза защипало от слез, когда она увидела лицо Таира, лицо, на котором застыли покорность и страх. Юсуф был покровителем и хозяином, его оскорбления и удары следовало принимать как милость, окружавшие его люди должны были целовать попиравшую их ногу и хлеставшую их по лицу руку.
Девушка не удивилась словам Таира. Ее изумило, что она ждала чего-то другого. То же самое было в доме Рахмана ар-Раби. Когда она осмелилась выступить против Айши, немедленно поплатилась за своеволие. За нарушение порядка и закона, установленных со дня сотворения мира.
Таир не герой. Он всего лишь вор.
— Меня не интересует твоя плата. Мне нужно то, что мне может дать эта девушка.
— Не трогай ее, Юсуф!
— Что ты мне сделаешь?
— Если ты коснешься ее…
Громила даже не оглянулся.
— Убирайся!
Юсуф схватил девушку за одежду и притянул к себе. Послышался треск ткани. Из горла Эсмы вырвался отчаянный крик.
Таир прыгнул на Юсуфа. Тот обернулся и одним ударом отшвырнул юношу. У Таира лязгнули зубы, ноздри раздулись, а глаза засверкали, как у тигра.
За короткое время с ним произошло много странных вещей. Его совесть, которую он давным-давно прогнал прочь, которая бродила где-то, как бездомная собака, неожиданно вернулась к нему и вновь поселилась в его душе. Внутренний холод сменился теплом, мрак — светом; пустота сердца наполнилась тем, что умные люди называют смыслом жизни, а мечтатели — словом, которое ему еще не доводилось произносить.
Эсма не видела, как Таир выхватил нож. Им владела ледяная, пронзительная, будто звон металла, злоба, та, что опустошает душу, лишая ее страха, освобождает желания и волю.
Юсуф не успел опомниться — Таир полоснул его по лицу, наискосок, поперек давнего шрама. Кровь хлынула, заливая глаза, нос, губы; халиф трущоб завыл так, словно на него плеснули кипящим маслом.
— Это за Лейлу! За меня! За всех, кого ты унизил и изувечил!
Схватив Эсму за руку, Таир бросился бежать, подгоняемый воплями Юсуфа.
Никогда еще девушка не бежала так быстро, не оглядываясь, на ходу перепрыгивая через препятствия. Это было страшно и вместе с тем захватывающе. Она в очередной раз что-то разрушила. Вновь оторвалась от земли.
Когда они наконец остановились, затерявшись среди улиц, Эсма проговорила, с трудом переводя дыхание:
— Что теперь будет?
— Не знаю.
— Ты не жалеешь?
Таир усмехнулся. Несмотря на внезапное стремительное бегство, он не выпустил оружия из рук.
— Я давно хотел это сделать.
Юноша посмотрел на нож, лезвие которого было покрыто запекшейся кровью. Потом перевел взгляд на девушку и сказал:
— Я никогда не допущу, чтобы мне отрубили руку. Она нужна для того, чтобы защищать тебя.
Отыскав укромное местечко, Таир оставил Эсму на берегу реки. Он сказал, что надо вновь раздобыть покрывало: днем девушке не так-то просто притворяться юношей.
Таир припрятал в своей хижине мешочек с дирхемами и кое-какие украшения: теперь про них придется забыть; между тем беглецам надо было где-то укрыться и что-то есть. Эсма не спрашивала юношу о том, где и как он собирается добыть необходимое. Пришло время закрыть глаза на некоторые вещи.
Ожидая Таира, девушка пряталась меж больших камней. Тигр сверкал на солнце, в его водах отражалось чистое голубое небо. Вода казалась светлой, но Эсма знала, что на самом деле река полна мути, грязи и гнили. Здесь привязывают лодки, сюда сваливают отбросы, а случается, трупы животных или даже людей.
