— Кто вы и почему пялитесь на окна моей квартиры? — потребовал ответа Дункан, прижимая ручку к виску наподобие дула пистолета.
— Вы месье Дункан Ланг? — спросил водитель. Ухо резанул французский акцент.
— Ну, я, — ответил Дункан.
— Добрый вечер, месье, — раздался голос второго француза из-за спины Дункана.
«О черт», — ему даже не пришло в голову, что у водителя может быть напарник, и теперь очень даже настоящий пистолет упирался дулом в его затылок.
— Будьте так любезны, положите руки на капот, — вежливо скомандовал владелец револьвера, — после того как бросите ручку, разумеется.
Дело дрянь. Дункан отбросил ручку, положил руки на капот машины и всерьез забеспокоился, как бы не отдать концы в ближайшие несколько минут.
— Ну и что все это значит? — спросил он, в горле у него пересохло, а сердце отчаянно колотилось.
— Наш патрон, месье Жискар, желает, чтобы вы вернули ему бриллианты, похищенные вами, — сообщил водитель, — мы здесь, чтобы забрать их у вас.
Дункан тихо выругался. Это не неприятность, это — катастрофа,
— Вы зря тратите время, — проговорил он. — У меня нет бриллиантов, и я не знаю, где они.
— Право, месье, мы были о вас более высокого мнения, — недовольным голосом произнес тот, что стоял сзади с оружием в руках.
—Джентльмены, я тут ни при чем, — заявил Дункан, стараясь, чтобы голос его звучал ровно. — Полиция Нью-Йорка подтвердила мое алиби на время, когда была совершена кража. Как только отыщется настоящий грабитель, они найдут бриллианты и вернут их вашему хозяину. Так что месье Жискару следует сохранять терпение.
— Увы, месье, — с сожалением проговорил водитель седана, — именно этого качества наш хозяин, к несчастью, лишен.
— Причем начисто, — добавил его напарник.
— Примите мои глубокие соболезнования, — буркнул в ответ Дункан, ударяя пяткой по колену стоящего сзади француза и резким ударом локтя врезаясь в его диафрагму.
Следующим был сильный удар правой в челюсть водителя, между тем как сзади послышался удивленный вздох и раздался звук падающего на асфальт револьвера. Дункан перекатился по газону и вскочил на ноги с револьвером француза в руках.
— Не так резво, приятель, — бросил он уже бывшему владельцу пистолета, изготовившемуся к прыжку, — назад, спиной к машине.
Тяжко вздохнув, спортивного вида блондин послушно выполнил его приказание.
— Право, месье, — посетовал водитель, — как нехорошо, с вашей стороны. Мы всего-то собирались обсудить с вами случай с бриллиантами, а вместо этого — вы тут с вашими угрозами…
— Не похоже на то американское гостеприимство, которого я ожидал, — добавил блондин.
— Совсем не похоже, — подтвердил водитель.
— Извините меня, — проговорил Дункан, чувствуя, что в нем закипает бешенство и он теряет остатки терпения, — но мне кажется, что приставить и дуло пистолета к голове — это невежливо и не лучший способ укрепить франко-американские отношения.
— А стащить бриллианты нашего босса, это как — вежливо? — поинтересовался водитель.
— Действительно, — согласился блондин,
— Если вы вернете их, мир между нашими народами будет восстановлен.
У Дункана возникло недоброе предчувствие, что он постепенно сходит с ума.
— Так, повторяю еще раз: у меня нет бриллиантов, я их не крал, и я не знаю, где они сейчас. Скажите Жискару, что он меня не за того принял, и пусть подыщет вам новую мишень для стрельбы.
— Право, месье, — серьезно заметил водитель, — не стоит так обижаться.
— Мы намеревались лишь обсудить с вами небольшой деловой вопрос, — добавил блондин обиженно.
Дункану начал надоедать этот бессмысленный разговор. Он устал, хочет спать и намерен как можно скорее оказаться у себя дома.
— Да нет у меня этих чертовых бриллиантов! — теряя терпение, воскликнул он. — Оставьте меня в покое!
— Месье, мы же разумные люди, — продолжал водитель.
— Мы лишь хотели все уладить миром, — вторил ему блондин.
— У нас есть приказ: или вернуть бриллианты, или покончить с вами.
— Мы бы предпочли, чтобы вы добровольно вернули драгоценности.
Дункан не имел понятия, как отвязаться от этих болванов.
— У меня есть для вас новый приказ, — сообщил им Дункан. — Оставить меня в покое! Если я увижу кого-нибудь из вас поблизости от моего дома или моего офиса, я сначала буду стрелять, а потом задавать вопросы. Понятно?
— Вполне, — ответили оба бандита одновременно.
— Отлично. А теперь ты, — приказал Дункан, направляя дуло пистолета в сторону блондина, — туда, где заднее сиденье, на пол.
Безнадежно вздохнув, белокурый головорез предпочел подчиниться.
— Прощайте, месье, — попрощался с ними Дункан, наставляя оружие на водителя.
— Позвольте сказать вам до свидания, — кинул ему в ответ водитель, прежде чем машина сорвалась с места и помчалась в сторону Десятой авеню.
Дункан тоже предпочел поскорее покинуть это место. Сунув пистолет в задний карман джинсов, он понесся по направлению к Восьмой авеню. Как был не похож его сумасшедший бег на размеренные утренние пробежки по Челси. Он бежал изо всех сил, а сердце гулко колотилось в его груди. Он так разогнался, что вполне мог бы потягаться с «Харлей-Дэвидсоном».
