«Украденный бог» – вторая часть трилогии о приключениях бога Осириса и его друзей. После победы над злобным братом Осириса Сетом все герои зажили обычной жизнью. Лика отправилась путешествовать, а Сергей с Лалой поселились на Алтае. Однако новости о пропаже Сета из заточения в Царстве мертвых заставляют их вновь собраться вместе и отправиться на его поиски. Но они даже не подозревают, что у них на пути встал куда более мощный и древний противник. Смогут ли они на этот раз справиться с посланниками тьмы?Содержит нецензурную брань.
Глава I
По шоссе, петляющему на высоте вдоль берега моря, на огромной скорости летел мотоцикл. Ездок уверенно укладывал его в виражи на поворотах, лишь немного сбавляя скорость. Редкие машины проносились мимо, неизменно сигналя сумасшедшему гонщику. Внизу под лучами осеннего солнца искрилось еще теплое море, покачивая на своей лазурной поверхности белые скорлупки яхт и рыбачьих лодок.
Вскоре дорога, пронзив несколькими короткими тоннелями прибрежные скалы, спустилась серпантином почти к самой воде. Чайки кружили над небольшой пристанью, возле которой белым колышущимся лесом качались мачты пришвартованных яхт. Мотоциклист остановился возле небольшого кафе и заглушил разгоряченный мотор. Ветер лениво играл с первыми желтыми листьями, кидая их на пустые столы с перевернутыми стульями.
Ездок снял шлем и из-под него тут же выпала копна ярко-зеленых длинных волос. Девушка подставила ветру мокрое от пота лицо и зажмурилась. Затем, оглянувшись по сторонам, с волнением посмотрела на море. Длинная каменная лестница, вырубленная в скале, привела ее на безлюдный пляж. Бродячая собака, спавшая под перевернутым шезлонгом, услышала шаги тяжелых ботинок и встревожено вскочила.
– Фьють, фьють, эй, песик, не бойся! – девушка улыбнулась и направилась к псу.– Ну, не бойся, дурачок! Русский понимаешь? Capisci il russo? Нет? Иди, я тебя поглажу! Есть хочешь, наверное? А у меня и нет ни хера.
Пес доверчиво понюхал протянутую руку, фыркнул и побежал прочь.
– Я потом что-нибудь принесу тебе!– крикнула ему девушка вслед.
Мечта о собственной собаке не покидала ее с самого детства, но образ жизни, который она вела, делал ее невыполнимой. Волны раз за разом бросались на берег, плюя в него белой пеной. Девушка подошла к самой воде, зачерпнула ладонью белый гребешок и поднесла к губам. Она пробовала на вкус воду из всех морей и океанов, которые ей довелось посетить за последние четыре года. И везде вкус был разный. Здесь море было солено-сладким, как старый сыр из местных погребов, который она непременно запивала таким же старым вином.
На зубах заскрипел песок и перед глазами вместо залитой вечерним солнцем бухты вдруг появился черный каменный город. Там тоже было море – песчаное. Ураганный ветер сбивал с ног, царапая кожу наждаком песчинок. Она задыхалась и плакала.
Крики чаек вернули ее на берег. Лика села на шезлонг, достала сигарету и закурила.
– Я слышала, что чайки – это души утонувших моряков,– сказала она еле слышно, затем щелчком бросила окурок в воду и пошла назад.
В маленьком городке нашлась лишь одна работающая гостиница. Лика сняла номер с видом на бухту, искупалась, переоделась и спустилась в ресторан. Хозяин гостиницы назвался сеньором Манчини, он приветливо указал ей на единственный накрытый стол в зале. Там уже стояла бутылка вина и тарелка с нарезанным сыром. Лика жестом остановила учтивого итальянца и сама открыла бутылку. Затем на глазах изумленного сеньора поднесла горлышко ко рту и одним махом выпила половину.
– Простите, сеньор Манчини, пить очень хочется!– пояснила она извиняющимся тоном.
Тот непонимающе улыбнулся и развел руками.
– Dico, voglio bere – non ho forza!– перевела она.
Хозяин рассмеялся и принес ей с барной стойки графин с водой.
– Спасибо, грацие,– улыбнулась Лика и открыла меню.
Манчини встал за ее спиной и с важным видом стал пальцем указывать, какие блюда сегодня лучше выбрать. Лика выбрала пасту с мидиями в томатном соусе, салат капрезе, фокаччу, а на десерт – тирамису. Винную карту она даже не стала смотреть, вместо этого попросила Манчини принести бутылку русской водки. Немного удивленный отельер удалился, бурча под нос что-то типа «questi russi». В стене ресторана был большой проем, соединяющий обеденный зал с кухней, и Лика с удивлением заметила, что Манчини оказался не только хозяином и администратором гостиницы, но и единственным поваром. «За официанта здесь, видимо, тоже он»,– решила она.
Сначала на столе появилась водка. Манчини поспешно наполнил рюмку, словно боялся, что она поступит с ней, как недавно с вином. Лика улыбнулась и предложила жестом ему налить себе.
– No, no, cosa sei – devo ancora cucinare la pasta per te!– он замахал на нее руками и поспешил назад к плите, где уже закипала вода в большой кастрюле.
Лика выпила и стала прислушиваться к мелодичному перезвону посуды на кухне. Так уютно за границей она себя чувствовала почему-то только в Италии.
– Почти как дома,– тихо сказала она и снова наполнила рюмку.
Такую вкусную пасту Лика в жизни не ела – ни в Риме, ни в Неаполе, ни в Милане. «Воздух здесь такой, что ли» – пронеслось в голове. И следом: «Может, еще заказать?» Лика бросила взгляд на кухню, однако там уже было темно, Манчини куда-то вышел. Она постучала вилкой по бутылке. Звон оказался неожиданно резким, как будто кто-то разбил стакан об пол. Манчини выплыл из темноты зала, немного смущенный – в руке он держал зажженную сигару. Лика решила полностью перейти на итальянский:
– Сеньор, а что кухня уже не работает?
