Беглая королева. Принц, скрывающий тайну. Сделка, что погубит обоих.Прошло восемь лет после Змеиной битвы. Леди Ноури снова завладела Ледяной цитаделью. Используя останки королевы Мэб, она создает опасных чудовищ. Лишь Сурен может остановить властную мать, но девушка сбежала в мир людей и живет в лесу. Кажется, все позабыли о ней, но грозовая ведьма Богдана открывает охоту на бывшую королеву. Сурен спасает из беды принц Оук. Наследник Эльфхейма – обаятельный юноша, хитрый интриган, способный добиться всего, чего захочет. Оук просит Сурен о помощи: вместе они должны отправиться ко Двору Зубов и остановить Леди Ноури. Но если Сурен согласится, то отдаст беззащитное сердце принцу, которому нельзя доверять, и вновь столкнется с прошлым, от которого стынет кровь в жилах.
Посвящается Робин Вассерман,
отмеченной проклятием
(и в то же время благословением)
Истинного Видения
Holly Black
THE STOLEN HEIR
Copyright © 2023 by Holly Black
Published in agreement with the author, c/o BAROR INTERNATIONAL, INC., Armonk, New York, U.S.A.
Ее обнаружил случайный прохожий. Малышка сидела на стылом бетонном тротуаре и играла с пустой упаковкой из-под кошачьего корма. К тому времени, как ее довезли до больницы, ее ручки и ножки успели посинеть от холода. Она казалась совсем крошечной и чересчур худой – словно вся состояла из тонких веточек.
Она знала лишь одно слово – свое имя. Рэн.
Девочка росла, но ее кожа сохраняла голубоватый оттенок – как у молока, с которого сняли сливки. Приемные родители закутывали ее то в куртки, то в пальто, следили, чтобы она непременно надевала варежки или перчатки, но, в отличие от сестры, ей никогда не бывало холодно. Ее губы меняли цвет, словно камни-хамелеоны, – даже летом казались синевато-лиловыми, но когда она сидела у огня, то они начинали розоветь.
Она могла часами играть в снегу: строить замысловатые туннели или понарошку сражаться с сосульками. Она вспоминала, что нужно идти домой, только когда ее звали.
И хотя девочка казалась щуплой и болезненной, она отличалась недюжинной силой. Ей еще не было восьми, а она с легкостью поднимала сумки с продуктами, которые ее приемная мать с трудом отрывала от пола.
Ей не было девяти, когда она исчезла.
С раннего детства Рэн любила читать сказки. Поэтому, когда пришли чудовища, она сразу поняла: дело в том, что она сделала что-то плохое.
Они прокрались через окно. Отворили створку и порезали москитную сетку так тихо, что она ничего не услышала – так и продолжала спать, обняв любимого игрушечного лисенка, пока ее щиколотки не коснулись когти.
Ей зажали рот, прежде чем она успела вскрикнуть. Придавили ноги к кровати, прежде чем она успела пнуть нападавших.
– Я отпущу тебя, – прохрипел чей-то голос, и Рэн уловила в нем нотки незнакомого акцента. – Но если попытаешься кого-нибудь разбудить, то, несомненно, пожалеешь об этом.
Подобные угрозы встречались только в сказках, поэтому она знала: правила нельзя нарушать ни в коем случае. Даже когда ее отпустили, она не пошевелилась и не издала ни звука, хотя ее сердце колотилось так громко, что, казалось, мама может услышать его стук из другой комнаты.
В глубине души она эгоистично надеялась, что мама придет, включит свет и прогонит чудовищ прочь. Рэн ведь не нарушит правило, если маму разбудит не она, а биение ее сердца?
– Сядь, – приказало одно из чудовищ.
Рэн послушно села, дрожащей рукой закапывая лисенка глубже под одеяло.
Теперь она увидела существ, стоявших возле ее кровати, и невольно задрожала еще сильнее. Двое из них были высокими и элегантными, с серой, как камень, кожей. Женщину окутывало серебристое одеяние, а копну ее бледных волос украшала корона из неограненного обсидиана. Она была красива, но, заметив жестокую линию ее губ, Рэн поняла, что доверять ей нельзя. Мужчина походил на женщину, как походят друг на друга фигуры на шахматной доске: та же черная корона на голове, те же серебристые одежды.
Возле них стояло еще одно существо – очень высокая и очень худая ведьма с бледной, как поганка, кожей и гривой черных растрепанных волос. Но самой приметной чертой были длинные пальцы, которые больше напоминали когти.
– Ты наша дочь, – сказало одно из серолицых чудовищ.
– Ты принадлежишь нам, – скрипучим голосом произнесло второе. – Это мы тебя создали.
Рэн знала, что такое «биологические родители». У ее сестры они были: приятные, похожие на нее люди приезжали к ним в гости и иногда привозили с собой бабушек и дедушек, а иногда – пончики или подарки.
