Спин офф к серии "Иден". Лилиана Я жалела, что тогда рассказала отцу о поцелуе. О поцелуе сына садовника, который у нас работал. Но тогда мне было всего одиннадцать лет. И я не понимала, как устроен этот мир и что творится в голове моего отца. Папа выбежал из дома и уволил отца того мальчика. И прямо у меня на глазах садовник ударил своего сына. Я никогда больше их не видела, но никак не могла забыть взгляд мальчика — упертый, без капли сожаления. Иногда я вспоминаю его, задаваясь вопросом, что с ним стало. Увижу ли я когда-нибудь его снова. Интересно, как он отреагирует на меня. Хотя бы вспомнит мое лицо? Наверное, нет. Должно быть, он забыл обо мне. Но если он все же помнит меня, мне хотелось бы перед ним извиниться за то, что его невинный поцелуй привел к таким последствиям. Хотя это был просто поцелуй, украденный поцелуй ребенка. Бренд Я ненавидел ее отца. Он разрушил мою семью. Но я хотел его дочь с такой жаждой, которую ничем нельзя было утолить. Годами я мечтал об этом, будучи ею одержим. Похоть в сочетании с ненавистью — плохие соратники. Как болезнь в крови, они разрушают жизнь. Хотя я спал с другими женщинами, но тяга к ней только усиливалась. Она преследовала меня постоянно. Иногда, когда не мог больше бороться с жаждой к ней, я начинал за ней следить издалека. Рядом с ней всегда находились охранники ее отца. Я увидел какой красавицей она стала, она была не для меня. Но я должен был заполучить ее любыми средствами. Когда ей исполнилось двадцать, она покинула гнездо отца — это был настоящий подарок судьбы. Я забросил свои сети, и моя гордая цыганская принцесса попалась в них.
Переводчик Костина Светлана
Аннотация:
Лилиана
Я жалела, что тогда рассказала отцу о поцелуе.
О поцелуе сына садовника, который у нас работал. Но тогда мне было всего одиннадцать лет. И я не понимала, как устроен этот мир и что творится в голове моего отца. Папа выбежал из дома и уволил отца того мальчика. И прямо у меня на глазах садовник ударил своего сына.
Я никогда больше их не видела, но никак не могла забыть взгляд мальчика — упертый, без капли сожаления.
Иногда я вспоминаю его, задаваясь вопросом, что с ним стало. Увижу ли я когда-нибудь его снова. Интересно, как он отреагирует на меня. Хотя бы вспомнит мое лицо?
Наверное, нет. Должно быть, он забыл обо мне.
Но если он все же помнит меня, мне хотелось бы перед ним извиниться за то, что его невинный поцелуй привел к таким последствиям.
Хотя это был просто поцелуй, украденный поцелуй ребенка.
Бренд
Я ненавидел ее отца. Он разрушил мою семью.
Но я хотел его дочь с такой жаждой, которую ничем нельзя было утолить. Годами я мечтал об этом, будучи ею одержим.
Похоть в сочетании с ненавистью — плохие соратники. Как болезнь в крови, они разрушают жизнь. Хотя я спал с другими женщинами, но тяга к ней только усиливалась. Она преследовала меня постоянно.
Иногда, когда не мог больше бороться с жаждой к ней, я начинал за ней следить издалека. Рядом с ней всегда находились охранники ее отца.
Я увидел какой красавицей она стала, она была не для меня. Но я должен был заполучить ее любыми средствами.
Когда ей исполнилось двадцать, она покинула гнездо отца — это был настоящий подарок судьбы.
Я забросил свои сети, и моя гордая цыганская принцесса попалась в них.
ПРОЛОГ
Джек
https://www.youtube.com/watch?v=6c1BThu95d8
(Она — живительная радуга)
— Папа, я хочу переехать.
Я изумленно смотрю на дочь.
— Что? Почему?
Она расправляет плечи, выпячивает вперед упрямо подбородок, именно так, когда полна решимости сделать все по-своему, во что бы то ни стало.
— Потому что, — твердо заявляет она, — через несколько дней мне исполнится двадцать.
Я хмурюсь.
— Почему именно сейчас?
— Папа, — раздраженно вскрикивает она. — Все мои друзья съехали из родительского дома уже двести лет назад.
Я складываю руки на груди.
— Ну, и что? Это не причина уезжать и тебе.
Она решительно тоже складывает руки на груди.
— Ну же, папа, будь благоразумен. Я хочу переехать, потому что хочу иметь собственное пространство.
— У тебя здесь имеется собственное пространство. Черт побери, да в твоем распоряжении находится целое крыло дома. Там тебя никто не беспокоит... с тех пор, как ты положила говно в постель брата за то, что он решил к тебе зайти.
— Ради бога, не вспоминай об этом. Мне тогда было девять лет, — рассержено отвечает она.
— Моя точка зрения остается неизменной. Никто не беспокоит тебя на твоей территории дома.
Она распрямляет руки и подается вперед, ее ярко-голубые глаза упрямо сверкают.
— Нет, папа, я хочу стать независимой. Хочу иметь свою маленькую квартирку в Лондоне. Хочу сама покрасить стены в тот цвет, который выберу. Хочу проснуться утром и сбегать в пекарню за круассанами или за только что испеченным пирогом с абрикосами. Хочу открыть окно и выглянуть вниз на оживленную улицу, полную людей, спешащих на работу. По ночам мне хочется лежать в постели и слушать, как люди возвращаются из пабов и клубов. Я хочу, чтобы на счете за электричество стояло мое имя. И когда в дверь позвонит курьер, я хочу точно знать, что посылка предназначена мне. Мне не нужен большой дом. Мне бы хватило квартирки с одной спальней или квартиры-студии. На самом деле, если бы у меня был выбор, я бы хотела небольшое, маленькое пространство, сделав его по-настоящему уютным. Что-то вроде квартиры, в которой жила Бриджит Джонс в фильме.
Я вздыхаю, сам вырвавшись с низов и из ничего, моей мечтой было жить в самом большом доме. Моя дочь родилась в роскоши и жила в ней всю свою жизнь, а теперь ее заветная мечта — съехать и жить, как бедняк в Лондоне. Как мне бороться с ее романтической притягательностью бедности?
— Прошу тебя, папа.
Мне ненавистна сама мысль, что она уедет из моего дома. С моей точки зрения, это неправильно. И моя настолько сильная интуиция, не раз спасающая и предупреждающая меня, в данный момент тоже не подводит. Она никогда меня не подводила раньше, думаю и теперь.
— Ты же не рассчитываешь, что я буду каждый день ездить в Лондон, чтобы закончить стажировку в Сити? — недоверчиво спрашивает она меня.
— Собственно, именно этого я и ожидал. Отсюда всего час езды, я уже договорился о машине.
— Нет, я не хочу так. Пожалуйста, папа, — умоляет она меня. — Я не могу вечно жить с вами. И я буду приезжать домой на выходные.