«Почему? Она просто шлюха», - отвечает первый. «Очевидно, они держат ее здесь, чтобы немного поразвлечься».
В этот момент Ева выгибает спину, вжимается головой в подушку, ее тело вздрагивает от нахлынувшего оргазма, а охранник наклоняется ближе к экрану, практически слюнявясь.
«Оооо, да. Вот так, детка». Он бьет своего друга по руке. «Как думаешь, Короли позволят мне пошалить с ней, когда закончат? После того, как они ее вышвырнут?»
Ноги сами несут меня в комнату без моего разрешения. Секунду я стою в дверях, слушаю, как этот засранец говорит о Еве, и пылаю от гнева, а в следующую секунду беру его за горло и поднимаю на ноги. Кажется, я никогда не был так разъярен за всю свою жизнь, а прожил я чертовски много. Все тело дрожит, а моему внутреннему монстру нравится, как с каждой секундой лицо мужчины становится все более синим. Но я слишком нетерпелив, чтобы позволить ему медленно умирать, поэтому быстро сжимаю и разжимаю запястье, и его шея сворачивается. Все конечности немеют, и я бросаю его на пол, как мусор.
Кровь хлещет мне в уши, заглушая все остальные звуки. Но когда я оборачиваюсь, то обнаруживаю, что второй охранник опрокинул свой стул в отчаянной попытке убежать, а его рот открыт в постоянном крике.
Я хватаю первую попавшуюся под руку вещь. Клавиатуру. Крепко сжимаю ее и замахиваюсь.
Клавиши летят. А также зубы и кровь. Но меня это не устраивает. Я продолжаю бить его до тех пор, пока клавиатура не разваливается почти пополам, а боковая часть его лица не оказывается вскрытой, а тело не валится на пол.
Если он еще не умер, то скоро умрет. Особенно судя по луже крови, стремительно растущей под ним с каждой секундой.
Бросив на тушу все, что осталось от мусора, я снова поворачиваюсь к экранам. Двадцать четыре из них смотрят на меня, и на всех застывшая картинка Евы в середине оргазма - голова запрокинута назад, спина выгнута дугой, рот приоткрыт.
Она наслаждается каждой секундой своей мести.
И мало кто знает, что я тоже.
Наблюдая за тем, как она извивается на кровати, в сочетании с адреналином от свежего убийства, все еще бурлящим в моих венах, мой член стал твердым. Вспомнил, как туго эта киска обхватывала мой член, как толстые бедра сжимали меня, когда мы взлетали на высоту в моей частично измененной форме.
Трах с ней был всем, чем я думал, и даже больше, но что действительно удивило меня, так это время после. Когда я был зажат в ней, а мы лежали у бассейна и просто... разговаривали. Это было странно интимно. Более интимно, чем секс когда-либо был для меня раньше. Все женщины, с которыми я был, быстро трахались и исчезали. И переходил к следующей. Мой внутренний хищник никогда не привязывался ни к одной из них, просто рассматривал их как способ почесать временный зуд. Но с Евой... не знаю. Это чувствовалось по-другому.
Я думаю, не связано ли это с силой, которой она обладает. Будучи сам существом, обладающим огромной магией и силой, я могу признать преимущества близости с подобным человеком. Может быть, даже сделать из них пару.
Я тряхнул головой, чтобы прояснить ситуацию. О чем, черт возьми, я думаю? О партнере? Ни хрена подобного. У меня нет времени на это дерьмо. С нашими врагами забота о ком бы то ни было автоматически превращается в мишень на их спине. Их можно использовать против меня как рычаг. Как явную слабость, которой можно воспользоваться.
Как Саксон.
Сейчас я не могу себе этого позволить.
От звука торопливых шагов в дальнем конце зала у меня закладывает уши. По их длинным, уверенным шагам я понимаю, что это Кассиус, еще до того, как он покажет свою светлую голову в комнате наблюдения. А когда он это делает, его взгляд мечется от меня к мертвецам на полу, к экранам, на которых в паузе появляется изображение Евы.
«Что ты задумал?» - говорит он певучим тоном. Его темно-синие радужки темнеют почти до черноты, что обычно является первым шагом перед тем, как он полностью теряет контроль над своим демоном.
Несмотря на все изменения, он откидывает волосы с лица и резко вдыхает через нос, словно уже принял наркотик, с помощью которого сдерживает монстра внутри себя. Только на этот раз, похоже, он принял недостаточно.
«Кассиус...» предупреждающе рычу я.
Он потирает нос, кожа становится красной. «Я знаю», - огрызается он, словно точно знает, что я собираюсь сказать. «Нокс опустошил мой тайник, так что я им займусь».
Кассиус лишь однажды проявил злобу - когда впервые присоединился к нам с Саксоном в качестве Короля, и этого было достаточно, чтобы доказать нам, что он нужен нам в нашем углу. Он был неконтролируемой машиной для убийства. Ярость, подобной которой я никогда не видел, заставляла его расправляться с любой бедной душой, оказавшейся достаточно близко. Мужчин, женщин и даже детей. Это не имело значения. Он был ослеплен хаосом и необходимостью уничтожать. Поэтому, когда он обнаружил, что кокаин помогает накормить и усыпить демона, я не стал препятствовать его новой привычке.
Но если бы это перестало работать... Что ж, мне пришлось бы принять трудное решение.
