— У меня вообще-то тоже есть чем его припугнуть. А если… — я запнулась, но все же закончила мысль, которая была такой упоительно сладкой: — А если он специально решил найти меня…
— Он мог бы сделать это и раньше, — безжалостно заметила она. — Если твой вор — эльен, то у него для этого куда больше возможностей.
— Но Говард обещал, что скроет мое местоположение, и, как видишь, мой дядя тоже меня не нашел.
— А жаль, — протянула она, и ее карие глаза потемнели до абсолютной черноты. — Я бы с твоим дядей поговорила… По душам.
По подолу алого платья побежала обугленная дорожка, расползаясь по ткани черными ручейками, и я испуганно попросила:
— Не думай о таком больше!
— Ладно, — Реджина тряхнула головой, и все стало как прежде. — Ты тоже возьми себя в руки, иди в зал и закончи ужин. Будь любезна и холодна.
— Холодна, — повторила я.
— Как чистый горный ручей, — сказала Реджина.
— Ага, — согласилась я.
— Не паникуй, спускайся вниз и держи лицо, что бы ни случилось. Если он решит разболтать твой секрет, смейся и говори, что он сошел с ума. Он, а не ты.
— Ладно, — кивнула я. — Ну, я пошла.
За время моего отсутствия эльен успел оказаться в центре внимания. Окруженный гостями, он рассказывал о порождении некроса, уничтоженном им не так давно.
— И вот эта мерзкая жаба, почуяв, что пришел ее конец, начала торговаться, — говорил Варден эль Брао, одновременно галантно подвигая стул госпоже Тутье.
— Что вы говорите! — ахнула старушка, присаживаясь.
— Много предлагала? — заинтересовался капитан Курт.
— Много, — кивнул эльен, и темные волосы упали ему на лоб.
Так похож… Правда, у Косты была ссадина на скуле, а сейчас ее нет, но вряд ли это можно считать принципиальным отличием.
— Год перемирия. Никаких порождений некроса, жертв и сделок, — продолжил он.
— Но как эта жаба могла говорить за весь некрос? — недоверчиво фыркнул Руперт. — У него же явно куча договоров по всему миру. Сколько было случаев проданных душ, жертвоприношений и прочего. Я не хочу сказать, что вы плохо делаете свою работу, эльен, — однако по тону было понятно, что именно это он и хочет сказать, — но факт остается фактом…
— Некрос един, в этом его сила и слабость, — ответил Варден. — Так что да, если бы я заключил сделку, то она перекрыла бы все остальные.
— Варден, голубчик! — всплеснула руками старушка Тутье. — Ты мог спасти десятки, сотни почти загубленных душ! За год они могли передумать, свернуть на путь добра… Что же жаба хотела взамен?
— Это загадка даже для меня, — виновато улыбнулся эльен, а мне захотелось немедленно его побрить, чтобы рассмотреть, есть ли шрам в уголке губ и ямочка на подбородке. — Взамен некрос хотел нечто мое, о чем я не знаю.
Сердце ушло в пятки, ноги подкосились, и я опустилась на стул, который, к счастью, оказался рядом.
— Мой слуга предположил, что это могут быть шахты в Виларе. Есть шанс, что жила драгоценных камней не истощилась.
— Вы думаете? — оживился Руперт. — Это было бы прекрасно для города. Столько рабочих мест, уникальный товар для торговли…
— Нет, — перебил его Варден. — Вернее, шахты, может, и заработают, как знать. Но я не думаю, что некросу нужны были камни.
— Что значит алмаз по сравнению с бессмертной душой? — патетично произнесла Мадлен Рокшор, блондинка с тонким личиком, которую Реджина отчего-то недолюбливала. — Год перемирия. О, это так мало и одновременно много!
— Что вы ответили? — спросила я, и эльен, обернувшись, тут же оставил гостей и подошел ко мне. Присев рядом, обеспокоенно всмотрелся в мое лицо.
— Вы побледнели, — заметил он, накрыв мою руку своею. — Все в порядке, Элис? Я не хотел вас пугать. На самом деле та жаба была слабой и неповоротливой. Я разделался с ней в два счета.
— Что вы ответили некросу? — повторила я свой вопрос.
— Я, разумеется, сказал нет, — ответил Варден, и я снова смогла дышать и отвернулась, чтобы скрыть слезы облегчения, выступившие на моих глазах. Горный ручей. Спокойствие и прохлада.
— Отчего же вы отказали? — разочарованно воскликнула Мадлен. — О, эльен…
— Оттого, что нельзя заключать сделки со злом, — пояснил Варден, повернувшись к ней, и я быстро промокнула глаза салфеткой. — Никогда. Зло коварно и не торгует себе в убыток.
— Так-то алмазную шахту я бы тоже не отдал, — согласился капитан, почесав подбородок. — А те потерянные души сами виноваты, я считаю.
— Бывают безвыходные ситуации, — упрямо заявил Руперт, как будто ему просто нравилось с ним спорить.
Теплые пальцы осторожно погладили мою кисть, и я, опомнившись, убрала руку.
— Я восхищен сегодняшним вечером, — сказал эльен. — Уютная обстановка, изысканные блюда, остроумные собеседники…
Это он о старушке Тутье с ее покойным котом?
— Я бы хотел устроить бал в честь моего приезда в Вилару, — продолжил он. — Однако без женской руки, боюсь, мне не обойтись, — он снова завладел моей ладонью. — Вы не поможете мне, Элисьена?
Все взгляды устремились на меня.
— Разумеется, — ответила я.
