Украина: история полностью

Может возникнуть вопрос, что сталось с теми 300 тыс. солдат из украинских частей, которые летом сулили поддержку Центральной Раде? Большинство из них вернулись в свои села, заняв «нейтральную» позицию — так же, впрочем, как и многие из тех, что оставались под ружьем. Некоторые перешли на сторону большевиков. Подобная ненадежность большинства украинских солдат, тем более заметная на фоне героических усилий немногих, кто остался верен Центральной Раде, во многом объясняется эффективностью действий большевистских агитаторов. Как отмечал Ричард Пайпс, «в первые месяцы гражданской войны большинство населения пребывало в растерянности, было сбито с толку, не знало, чью сторону принять. Хороший агитатор стоил сотни бойцов; он один мог расстроить ряды противника и таким путем оказать решающее воздействие на исход схватки». Большевики же не жалели ни людей, ни денег, чтобы проникнуть в украинские части, солдаты которых, в большинстве своем крестьяне, отличались крайней политической наивностью, и убедить последних или оставаться в стороне, или перейти к большевикам. В результате к декабрю их собственные силы достигли уже 40 тыс. человек.

Еще одним выигрышным моментом для большевиков в Украине стали восстания в тылу Центральной Рады, организованные их сторонниками почти во всех крупных городах. Наиболее опасным было восстание в Киеве 29 января 1918 г., когда русские рабочие захватай завод «Арсенал» и на несколько дней, пока восстание не было подавлено, сковали военные силы Центральной Рады. Одновременно с ним несколько восточнее местечка Круты началось финальное сражение сил Петлюры с войсками Муравьева. После нескольких дней интенсивных боев украинские части вынуждены были оставить свои позиции. В ходе отступления под Кругами было окружено формирование, состоявшее из 300 гимназистов, которые после отчаянного сопротивления были буквально вырезаны муравьевцами. Погибнув, но не сложив оружия, эти юноши навечно внесли свои имена в пантеон украинской национальной славы.

Тем временем Центральная Рада в Киеве, заседая денно и нощно, издала закон о радикальной земельной реформе, провозгласив национализацию крупных земельных владений. Своим Четвертым Универсалом (этот важнейший документ хотя и датирован 22 января, фактически был издан в ночь с 24 на 25) она провозгласила полный разрыв Украинской Народной Республики с большевистской Россией и объявила Украину самостоятельным и независимым государством.

Брест-Литовский договор. Перед угрозой неизбежного поражения у Центральной Рады оставалась последняя надежда — помощь извне. В целом она тяготела к Антанте и с самого начала настойчиво добивалась ее признания, в первую очередь со стороны Франции. Однако позиция Франции, которая считала своим долгом восстановление «единой неделимой России», оставалась довольно двусмысленной. 22 декабря 1917 г., когда Ленин от имени всех народов бывшей империи начал мирные переговоры с Центральными державами в Брест-Литовске, ситуация изменилась: появился целый ряд новых внешнеполитических перспектив. Поскольку Центральная Рада не считала возможным доверить большевикам представлять интересы Украины на этих переговорах, она отправила на них собственную делегацию. 9 февраля 1918 г., за час до того, как известия о занятии войсками Муравьева Киева и бегстве Центральной Рады достигли Брест-Литовска, ее представители поставили свои подписи под мирным договором с Центральными державами. Основная суть его сводилась к тому, что Центральные державы признают независимость Украины и обязуются в обмен на массовые поставки продовольствия оказать военную помощь Центральной Раде.

Германо-австрийская интервенция 1918 г.

Через несколько дней после подписания Брест-Литовского договора немцы и австрийцы ввели свою мощную армию в 450 тыс. человек на территорию Украины, предварительно распределив здесь сферы влияния, Всего через три недели большевики, хвастливо заявлявшие, что они «принесли советскую власть с севера на кончиках своих штыков», и установившие за короткий срок своего пребывания в Киеве настоящее царство террора, вынуждены были поспешно бежать. Это, впрочем, не означало, что Центральная Рада, вернувшаяся 2 марта вместе с немцами, встретила радостный прием.