Однако первая большая группа украинских эмигрантов в Соединенные Штаты существенно отличалась от своих колоритных предшественников. Это были в основном крестьяне Закарпатья и Лемковщины — самых западных и наименее развитых украинских земель. Вести о полумифическом крае, лежащем далеко за морями, впервые донесли закарпатцам и лемкам их западные соседи — словаки, венгры и поляки. В 1877 г, предоставилась возможность проверить достоверность этих легенд. Угольная компания Пенсильвании, столкнувшись с забастовками, решила использовать в качестве штрейкбрехеров дешевую рабочую силу из беднейших районов Австро-Венгерской империи. Когда агенты компании предлагали молодым лемкам и закарпатцам подъемные на переезд в Америку (с последующим вычетом этих сумм из жалованья) , они нашли немало желающих. А когда от уехавших на заработки стали приходить впечатляющие денежные переводы и обнадеживающие известия (часто приукрашиваемые агентами компаний), исход в Америку приобрел массовый характер.
Подобно своим бесчисленным предшественникам и последователя^, молодежь, выдержавшая долгий, изнурительный переезд в Америку, вскоре начинала понимать, что эта страна не только предоставляет большие возможности, но и требует напряженной работы. Первоначально большинство новоприбывших устраивалось на шахтах и металлургических заводах Западной Пенсильвании, и этот район стал сердцевиной ранней украинской эмиграции. Другие находили работу на фабриках Нью-Йорка, Нью-Джерси, Коннектикута, Огайо, Иллинойса.
Поначалу было очень тяжело: бывшие крестьяне сталкивались со странной, чуждой землей и непонятным языком; их бросало в суматошный, непривычный и неприветливый мир городов, где приходилось работать в окружении огромных и шумных, постоянно двигающихся механизмов. До первой мировой войны средний заработок фабричного рабочего или шахтера составлял 1—2 доллара за 9—10 часовой рабочий день. Жить приходилось в перенаселенных ночлежных домах компаний или меблированных комнатах. Поскольку целью первых эмигрантов было накопить несколько сот долларов и поскорее вернуться домой, они ограничивали себя даже в самом необходимом, тратя минимум денег на одежду и еду. Многим, правда, не удавалось преодолеть зов корчмы. В целом украинские эмигранты были экономически самодостаточной и законопослушной группой: в сравнении с другими эмигрантскими общинами они давали наименьший процент людей, нуждавшихся в благотворительности (0,04 %) или обвинявшихся в нарушении закона (0,02 %). В то же время последних среди ирландцев, например, было 4 %, немцев—1,8 %, поляков — 1 %.
Временный характер пребывания первых эмигрантов в США заметно сказывался на их отношении к американскому обществу: они пренебрегали изучением английского языка, мало контактировали с американцами, не стремились к получению американского гражданства, практически не интересовались политической жизнью Америки. В наибольшей степени их интересы были связаны с родиной. Однако с ростом эмиграции приходили перемены. Все больше эмигрантов принимали решение остаться в Америке навсегда. К тому же в больших количествах сюда стали прибывать женщины с Украины, хотя даже в конце 1905 г. они составляли всего 25—30 % эмигрантов. Обычно они устраивались прислугой в семьях украинских или польских евреев. Позднее многие находили работу на швейных фабриках. С образованием семей, приездом в США к мужьям и отцам их жен и детей жизнь украинских общин вошла в нормальную колею.
