Украина: история полностью

После первой мировой войны под впечатлением успехов модернизации и украинизации в советской Украине на фоне депрессии, охватившей Запад, около 1 тыс. украинцев вступили в коммунистическую партию Канады, составив треть ее членов. В 1918 г. украинцы, придерживавшиеся прокоммунистических взглядов, но предпочитавшие чисто украинские организации, образовали «Український трудовий союз». За 20 лет он превратился в крупнейшую прокоммунистическую организацию Канады, построенную по этническому принципу. Динамичный и хорошо организованный союз вел активную пропаганду, отдавая должное и культурно-просветительской работе. К 1939 г. он насчитывал свыше 10 тыс. членов. Хотя сторонники коммунистической идеи составляли только 5 % украинцев Канады, их влияние в украинской общине было довольно внушительным.

В конце 1920-х годов начали возникать националистические организации. Состояли они в основном из эмигрантов второй волны и проповедовали идеи украинской независимости и бескомпромиссного антикоммунизма. Одними из первых создали свою организацию сторонники гетмана Скоропадского. Будучи преданными последователями идеи украинской монархии и стремясь увлечь украинцев духом казачества, они создали в 1924 г. в городах США и Канады целую сеть отделений организации «Січ». Эта организация никогда не была многочисленной, однако могла похвастаться высокой дисциплиной. В основном она проводила военные учения своих членов, одетых в привлекательную форму, а некоторые ее курени даже имели в своем распоряжении аэропланы. Консервативная идеология этих украинских монархистов пришлась ко двору украинскому католическому духовенству, оказывавшему им существенную поддержку.

Впрочем, значительно большее влияние на украинцев за рубежом имело оуновское течение национализма. По инициативе Коновальца во всех основных украинских общинах Запада создавались прооуновские организации, объединявшие эмигрантов первой и второй волны, живших в городах. Так, в конце 1920-х — начале 30-х годов возткли «Українське національне об’єднання» (УНО) в Канаде и «Організація державного відродження України» (ОДВУ) в США. Организации подобного типа появились также во Франции и Аргентине. Их многочисленные члены исповедовали ультранационализм, проводили акции протеста против угнетения их соотечественников в Польше и Советском Союзе, собирали средства на деятельность ОУН. Большинство политически активных украинцев-эмигрантов в межвоенный период принадлежали или симпатизировали именно националистическим организациям разного толка.

Ассимиляция. Не все эмигранты столь активно участвовали в украинской политической жизни, значительная их часть вообще теряла интерес ко всему украинскому. Особенно силен был процесс ассимиляции в США, где эмигрантов систематически понуждали переплавляться в американском «тигле». Испытывая постоянное денационализирующее давление в школах и насмотревшись на нескончаемые свары внутри украинских общин, многие молодые украинцы решительно порывали со своими национальными корнями. В Канаде, где украинцы жили более замкнутыми общинами, ассимиляция была слабее. Но даже здесь уровень национального самосознания последующих поколений эмигрантов оставлял желать лучшего по сравнению с первопоселенцами. Совершенно очевидно, что воздействие господствующей культуры на украинцев было абсолютно неизбежным, где бы они ни жили.

Когда закончилась вторая мировая война, Германия и Австрия были буквально набиты 16 миллионами иностранных рабочих, военнопленных и беженцев. Приблизительно 2,3 млн из них составляли украинцы, в большинстве своем «остарбайтеры» — молодые парни и девушки, насильно угнанные на работы в Германию. Сразу же после окончания военных действий сюда прибыли советские репатриационные миссии, состоявшие из офицеров и агитаторов, главной целью которых было любой ценой убедить советских граждан вернуться домой. В процессе репатриации, добровольно или принудительно, большинство остарбайтеров вернулись в СССР. Однако около 210 тыс. украинцев не захотели сделать этого ни при каких обстоятельствах. Кроме них, еще около 2,5 млн жителей европейской части СССР отказались вернуться домой. Их стали официально называть «перемещенными лицами».